Под литовскою властию в этих местах были только села; а когда князь Московский, воспользовавшись моментом, пока короли Польские были заняты в другом месте, [116] покорил под свою власть эту область, то сохранив древнее название Велижа, он воздвиг здесь крепость, которая должна была угрожать витебскому гарнизону; за тем, по сю сторону Двины, на которой расположены Велиж и Витебск, также позднее основанный Сураж, не желая оставлять ее открытою, Москвитяне, как это делали и в других местах, нарочно дали разростись непроходимым лесам; ибо у них такой обычай, что они, оставляют землю, соседнюю с неприятелем на протяжении нескольких миль вполне не возделанной и необитаемой; частые деревья, которые по необходимости выростают на свободной почве, и густые леса за тем образуют некоторого рода оплот против неприятеля; и они (считают) себя в безопасности от вражеских набегов, как скоро со всех сторон окружают себя насколько возможно бесплодными пустырями.
Во время Сигизмунда Августа Стефан Збаражский, в то время воевода Витебский, теперь Трокский, желая предупредить неприятеля, наскоро укрепил местечко Сураж; он опасался, чтобы неприятель не овладел устьями рек Усвячи и Каспли, впадающих здесь в Двину, для постройки укреплений с целию соединения областей Смоленской и Лукской, так как эти реки текут в Двину с противоположных сторон: Усвяча со стороны Великих Лук, а Каспля со стороны Смоленска. Сураж находится как бы на самой опушке выше упомянутого леса.
Пред Замойским лежали две дороги по тому или другому берегу реки Двины. Он видел, что если он пойдет по той стороне, то ему придется переправляться через реку два раза и строит второй мост при Велиже, как бы в виду неприятеля; с другой стороны из расспросов он узнал, что второй путь не только представляет трудности для движения, но что даже и одному человеку с трудом можно пройдти по той дороге, что никто после князя Витовта в [117] продолжение 160 лет не проводил тут войска. Тем не менее он решил идти по этой последней дороге; сам вступив в лес и осмотрел места, по которым нужно было проложить путь; послав туда несколько рот пехотинцев, он приказал одним рубить лес топорами, а железом прокладывать дорогу, остальным быть наготове для защиты занятых работой и разделить между собой очереди работы и караула.
Работа представляла много трудностей; ибо нужно было сперва вырубать деревья, которые на почве плодородной в продолжении стольких лет разрослись очень сильно и убирать срубленные бревна с прокладываемой дороги. За тем следовал другой труд не меньший первого: так как места были по большей части пересеченные оврагами и болотистые, то приходилось наводить мосты или же уравнивать почву настилкою из деревьев и хворосту. Тем не менее, благодаря замечательному рвению солдат и начальника их Николая Уровецкого, в тот день была проложена дорога на 20 миль, на следующий день войско, отправясь по ней, дошло до места, называемого Верховьем, где некогда находилось село; в таком же расстоянии оно было и от Велижа (т. е. 20 миль).
Даже и теперь казаки называют ближайшее к Верховью место мостом Витовта, так как они слышали по рассказам, что Витовт, построив мост, некогда провел тут войска. На этом самом месте и Замойский быстро устроил в течении нескольких часов мост чрез огромнейшее болото; а на следующий день, немного подвинувшись дальше, так как движению препятствовали частые холмы, он расположился с соблюдением величайшей тишины в 10 милях от Велижа, не позволяя никому отлучаться с места даже ради фуража; ибо он решился на следующий день напасть на крепость[97]. [118]
Тут встретилось еще новое препятствие; неприятель нашел нужным укрепить эту местность ради ее близости к крепости особенным образом: подсекши деревья, повалив их с противуположной стороны и перепутав их между собой, за тем нагромоздив сверху еще другие, он оградил себя на расстоянии нескольких тысяч шагов засеками более надежными, чем какая бы то ни была стена; самый лес почти не пропускавший света, и среди белого дня возбуждал в тех, кто вступал в него, такой же страх, как ночью. Замойский второй раз дал работу пехоте — расчистить дорогу. В тот же день он выслал вперед Никиту и Бирулу (Birulla), известных казацких атаманов, в предшествовавшие дни совершивших набег на Смоленскую область, и теперь явившихся к войску, для того, чтобы они длинным обходом за реку Двину заняли дорогу, идущую к Лукам.
