В основу текста «Записок охотника» в академическом Полном собрании сочинений и писем И. С. Тургенева и в настоящей книге положен не «последний прижизненный» текст 1883 г., а текст, в последний раз установленный самим Тургеневым при подготовке первого стереотипного издания 1880 г. Что касается издания 1883 г., то в письме к своему поверенному, А. В. Топорову от 30 октября 1882 г. Тургенев распорядился печатать «Записки охотника» (т. 2) со стереотипного издания, «где опечаток нет»; автор поручил присылать к нему в Буживаль на предварительный просмотр каждый подготавливаемый к новому изданию том, «начиная с 3-го», с тем чтобы после внесения окончательных авторских исправлений пересылать подготовленные таким образом оригиналы томов Глазунову. Таким образом, второй том («Записки охотника») Тургенев не запрашивал на предварительный просмотр, ограничившись распоряжением печатать его по стереотипному изданию. Из дальнейшей переписки Тургенева с Топоровым точно устанавливаются даты получения и отсылки им подготавливаемых для издания 1883 г. томов, среди которых второго тома не было. Вопрос этот детально рассмотрен М. К. Клеманом в книге:
Таким образом, в издании 1883 г. второй том («Записки охотника») был перепечаткой первого стереотипного издания «Записок охотника» 1880 г., и естественно напрашивается вывод, что не он должен быть основой публикуемого нами текста «Записок охотника», а первое стереотипное издание. Издание 1883 г. готовилось в обстановке тяжелой предсмертной болезни автора, исключавшей возможность новой смысловой и стилистической правки, которая, впрочем, и не была обещана. Поскольку Тургенев собирался сообщить для него «три-четыре опечатки», текст 1883 г. должен быть принят во внимание, и все его разночтения должны быть критически оценены. В академическом издании дан полный перечень этих разночтений.
Анализ этих разночтений не показывает в издании 1883 г. никаких заслуживающих внимания признаков дополнительной работы автора над текстом. Разночтения эти совершенно мелочные. В нем действительно исправлены некоторые опечатки предшествующих изданий, но в то же время допущены новые искажения текста, некоторые грубейшие опечатки 1880 г. повторены. Редкие и незначительные стилистически нейтральные разночтения производят впечатление случайных (например, инверсия: «вся сама» — «сама вся» (67) и т. п.). Перемены в орфографии и пунктуации следует отнести на счет М. М. Стасюлевича, надзору которого Тургенев поручил издание.
Таким образом, при выборе текста «Записок охотника» подготовители настоящей книги опирались как на внешние свидетельства (переписка Тургенева), так и на сравнительный анализ самого текста в изданиях 1880 и 1883 гг. Кладя в основу публикуемого текста стереотипное издание 1880 г., из издания 1883 г. брали только исправление явных опечаток.
В тех случаях, когда за основу выбиралось издание 1883 г. (редакция А. К. Бабореко, работы М. А. Шелякина и А. М. Долотовой), существенную роль сыграл гипноз «последнего прижизненного» текста, которому результаты объективного изучения приносились в жертву. Не случайно все такие решения принимались в середине 1950-х годов, когда «правило» «последнего прижизненного» текста догматически предписывалось с особенной настоятельностью.
В ходе работы, из сличения всех рукописных и печатных источников, выяснилось, что текст «Записок охотника» более ста лет печатался с грубыми механическими искажениями, которых сам автор при подготовке очередных изданий в большинстве случаев не замечал и которые, таким образом, оказывались как бы «авторизованными».
Бо́льшая часть этих искажений восходит к первому отдельному изданию «Записок охотника» (М., 1852). В нашей научной литературе — опять-таки вследствие неизученности истории текста произведения — издание 1852 г. стояло вне подозрений, и более того: к нему относились с известным пиететом. Б. М. Эйхенбаум положил его в основу первого советского издания «Записок охотника», а в издание 1929 г. вносил из него многочисленные исправления.
Между тем издание это делалось в отсутствие Тургенева, который был тогда в Петербурге и, подготовив оригинал (писарскую, так называемую цензурную рукопись), всецело поручил издание Н. X. Кетчеру.
