Не было единого мнения относительно того, по какому источнику следует печатать «Записки охотника». Вопрос этот при подготовке разных советских изданий решался по-разному.
В основу первого советского издания «Записок охотника» (Литературно-издательский отдел Наркомпроса, 1918 г.) Б. М. Эйхенбаум положил издания 1852 и 1860 гг. (рассказы 1870-х годов набирались по первопечатным текстам). В этом решении проявилось характерное для начального периода советской текстологии стремление возвращать тексты от последних прижизненных к ранним редакциям. В результате опоры на ранний текст в издании 1918 г. оказалась неучтенной позднейшая авторская работа над текстом.
В следующем советском издании 1923 г. (в серии «Классики русской литературы», Государственное издательство) основой послужил текст стереотипного издания 1880 г. (в отношении выбора текста редакция пользовалась консультацией Н. Н. Сакулина).
В собрании сочинений Тургенева (
В издании 1949 г. (под ред. Н. Л. Бродского, И. А. Новикова и А. А. Суркова, изд-во «Правда», приложение к «Огоньку») основным источником избран текст глазуновского издания 1883 г. Для исправления этого текста пользовались сочинениями Тургенева 1874 и 1880 гг., наименее авторитетными и изобилующими опечатками. Выбор именно этих изданий для внесения исправлений и в этом случае определялся какими-то непонятными и, очевидно, случайными причинами. История текста, по-видимому, не была изучена редакторами даже приблизительно. В этом издании (с. 297) говорится, что текст «Записок охотника» дается там по вышеназванным источникам «без возвращения к ранним текстам, которые сам автор считал „старой манерой“ своей художественной деятельности». Дело представляется так, будто ранние источники «Записок охотника» отражают «старую манеру» Тургенева, а поздние — «новую». Всякий, кто знаком с историей текста, знает, что текст «Записок охотника», будучи раз написанным, вообще мало трансформировался, так что ни о какой разнице в «манерах» внутри «Записок охотника» вообще не приходится говорить; «старой манерой» Тургенев называл свои очерковые произведения конца 40-х — начала 50-х годов (в том числе и «Записки охотника») в отличие от более поздних произведений с более развитой литературной фабулой.
Тот же источник выбран в качестве основного в издании 1953 г. (Гослитиздат. Подготовка текста А. К. Бабореко). Однако в обоснование такого решения указывалось на высокие качества стереотипного издания 1880 г., на которое издание 1883 г. опирается. К тому же там неправильно сообщалось, будто в издании 1883 г. «Записки охотника» были внимательно подготовлены к печати «самим автором» (с. 465-466).
Такую же разноголосицу по вопросу о выборе основного источника наблюдаем в теоретических трудах о тексте «Записок охотника». В работах О. Я. Самочатовой «окончательным — каноническим» текстом тургеневского шедевра признается стереотипное издание 1880 г.359 М. А. Шелякин в кандидатской диссертации «Работа И. С. Тургенева над языком „Записок охотника“» (М.: МГУ, 1954) «последним авторизованным» изданием называет издание 1883 г. (с. 28), однако цитировать он предпочел издание 1880 г., заявив, что оно «вместе с изданием 1883 г. является наиболее авторитетным текстом „Записок охотника“» (с. 30).
А. М. Долотова в специальной статье, содержащей обширный материал и указание литературы вопроса, рекомендовала основным источником текста «Записок охотника» считать издание 1883 г.360
