— Так тут стандартный, лёгкий сплав! Меня распилят моментом!
— А ты не подставляйся, этот скаут весьма манёвренный.
— Оружие где? Эти две пукалки пульсовые — это и всё?
— Мы тебя не воевать шлём.
Со слов Тода задание было простое. Мне всего-то следовало скрытно прибыть в систему Dvorsi, на станцию Чернуха и там найти агента Инквизиции. Он должен передать мне информацию о системе, куда прибудет секретный курьер — прибыть в точку рандеву, подобрать один конт и вернуться назад — в Komadheny. Всё просто, да?
Сложности начинались при разборе деталей. Прежде всего агент был художником и специализировался на древне Земной живописи, а конкретно — на малых голландцах. Там вся станция была помешана на этой живописи. Постоянно проходили вернисажи, творческие вечера и прочая богемная суета. Сказать, что я не разбираюсь в живописи — это ничего не сказать.
Я так прямо и заявил Тоду — мол не по мне это. Как я найду вашего художника среди толп других таких же?
— Я всё что знаю про их стили — так это если морда на фото, эээ… на картине — это портрет. А если там еда навалена — это натюрморт. А эти — маленькие что — он карликов рисует? Голландских? Обкуренные карлики?
— Ну это же просто, — поморщившись от моей необразованности пояснил он. — Они как большие, но меньше. Ты про Рембрандта слыхал?
— Это пианист вроде был?
— Ты точно школу заканчивал? — Поинтересовался Тод и дождавшись моего утвердительного кивка продолжил: — Короче. Ищешь того, кто на вернисаже морские виды рисует. Или каналы. Ещё проще — вода и лодки рыбачьи.
— Понял. Рыбачка Соня, шаланды с контрабасом, да? Я ж не совсем тупой.
Он только вздохнул и вывел на экран несколько картин. Море, лодки, домики. Без карликов — я даже поближе подошёл, нет их там.
— Вот. Такие же ищи. Как найдёшь — выбирай любую и торгуйся. Художник не уступит. Ты тогда спросишь — мол сколько за холст, без рамы. Он расстроится — дескать только в сборе. Ты требуй только холст. Тогда он тебе даст скидку. Сумму скидки раздели напополам — это будет дистанция до системы, где тебя курьер встретит. Ясно?
Киваю:
— А с картиной-то что делать?
Тод отмахнулся:
— Себе оставь. На память.
Снова киваю, тоже дело — в каюте Анаконды повешу — как раз рядом с мишенью для дартса, а то рядом уже всю обшивку разодрал.
— Денег дадите? — Спрашиваю.
— На что?
— Как на что? — Начинаю загибать пальцы. — Топливо, мелкий ремонт, картину опять же мне что — за свои покупать?
— Ну ты нахал! У тебя полторы сотни лямов на счету! За свои справишься. Не обеднеешь. В грех алчности впал?
— Ни разу. За свои, так за свои.
На этом и расстались.
Неприятности начались едва я вывалился из сверхскоростного режима около станции.
— Алё, Чернуха, прошу добро на посадку.
— Минуточку, — быстро ответил мне приятным женским голосом диспетчер:
— Вы не могли бы зависнуть в вашей точке на пяток минут?
— Чего ради?
— Ваш корабль очень хорошо гармонирует на фоне планеты. Такое освещение удачное. Я сейчас, быстро, только набросок сделаю.
— Да сфоткай по быстрому и посадку давай!
— Это не правильно! Фотография… это… это…
Невежливо и грубо прерываю её возмущение:
— Площадка какая?!
— Следуйте на 27, она наиболее гармонирует с вашим кораблём. — В её голосе явно проступает обида. Ну и пофиг.
Паркуюсь, жду пока корабль опустится в ангар и выхожу. На площадке меня встречает бригадир посадочной команды — его комбез покрыт разноцветными пятнами.
— Стойте, стойте! — Он активно замахал руками, едва я сделал пару шагов с трапа. Замер. Что такое? Утечка?
— Отлично! Я сейчас этюд набросаю! Скаут на фоне двойной звезды.
— Чего? Куда кинешь? — Но на всякий случай стою неподвижно.
— Этюд. В мягко сиреневых полутонах. Вы сесть можете?
Чёрт! Я должен был догадаться — это же станция художников! Тут все на этой теме повёрнуты!
Подхожу к нему, не обращая внимания на его протестующие вопли.
— Так! Мне полный бак стандарта. ТО тоже стандартное.
Бригадир разводит руками.
— Ни как не могу.
— Почему?!
— Ну как вы не понимаете! — Он красивым жестом заламывает руки. — Стандарт он лазоревый.
— И что?
— А ваш корпус — лимонный.
— И что?
— Как Что? — Он театрально хватается за голову. — Это же вопиющий диссонанс!
Уффф… больные они тут все что ли? Подношу кулак в перчатке к его носу.
— Мужик! — покачиваю кулаком перед его лицом, — если ты сейчас же не заправишь и не проведёшь штатное ТО, то я этот дисно… днисо…, тьфу. Короче — яйца вырву! Понял?
— Фи! Хам! — Он отходит от меня и начинает раздавать команды своей команде, опасливо поглядывая на меня через плечо.
Делаю себе пометку проверить всё лично перед отлётом — с этих станется. Зальют вместо кислорода хлор и скажут — так красивее. Творцы, мля.
Поднимаюсь на жилой обод — там, если верить скаченному плану станции, место постоянно действующего Вернисажа, где — если судить опять же по путеводителю, можно купить произведения любых стилей и направлений, пройти экспресс обучение по всему творческому — от рисования карандашом до высекания скульптур из камня. Даже целый каталог натурщиц прилагался — его я изучил особо внимательно, некоторые экземпляры были весьма и весьма.
