— Да не знаю я! Всегда тут носил. А сейчас… Да и не до него было — после всего этого.
— Эээхххх…! Растяпа! — Он не может скрыть своё разочарование. — Сейчас бы проверили… Эх ты! — он качает головой и вздыхает. — Знаешь, откуда это я взял?
— Нет.
— Вот! — Тод нагибается и вытаскивает на стол знакомый оранжевый цилиндр. — Узнаёшь? — И не дожидаясь моего ответа продолжает. — Это твоя Бродяжка. Точнее она тут была. До того, ну ты меня понял.
Киваю.
— Так вот. Мы нашли это… хм… этот… Чёрт! Компьютер её короче. Наши умники проверить решили — если один раз получилось, так может и во второй тоже сработает? Достали его, подключили — ничего. Тесты прогоняют — всё в норме, а не работает. Вскрыли, начали копаться а там вот это, — он щёлкнул пальцем по коробочке.
— К процессору примотано. Ну, стали разбираться. Тех умников, что тогда тебе комп этот отдали, уже не найти. — Он снова скривился. — Учёные! Уехали на какую-то конференцию, а с неё завербовались к Федералам. Наш-то контракт с ними кончился. Ну — связались с ними, каналы есть, ты понимаешь, а они уже и не помнят ничего. Сущие дети! Увлеклись новой игрушкой. Сказали, что отправляли отчёт, но мы его так и не получили. Спец курьером, кстати, отправляли. — Он покосился на цисту.
— И вот что ещё интересное. Если это снять с процессора, — он несколько раз ткнул пальцем в кусок артефакта. — То комп работает. Обычный комп. Ничего особенного. А как это приблизить к процессору — отключается.
— И что? Не понимаю. Бродяжка-то тут при чём?
— Может статься и не при чём. Но! — он поднял палец. — СБ бдит! Она же в этом была. — Он показал подбородком на оранжевый цилиндр.
— Ну да, но сейчас-то она человек!
— Сейчас да. И зарекомендовала себя как достойная Дщерь Империи. Но… — он вздохнул, — СБ это СБ. — Он снова вздохнул. — Параноики. — Его голос изменился на писклявый, он явно кого-то пародировал — весьма посредственно на мой взгляд. — А если чужая сущность в ней пробудится? Вы можете гарантировать её лояльность или хотя бы нейтралитет? А вам ведомы границы её силы? — Тод тяжело вздохнул в очередной раз и опять усталым жестом потёр лицо.
— Как же они меня достали… ты бы знал. Ладно. Под мои гарантии от неё отстанут. Я дума…
Его прервал писк, исходящий от цисты. Писк прекратился — теперь она проиграла несколько тактов Имперского гимна и смолкла.
— Ну вот. — Удовлетворённо произнёс он. — Мы всё ещё живы, значит можно открывать. — И он начал отворачивать украшенную Орлом крышку — я заметил, что иглы больше нет, а в том месте, откуда она высовывалась, теперь горит крохотный зелёный огонёк.
В этот момент в дверь постучали.
— Да! — Разрешил Тод, и в комнату ввалились мои остальные друзья. Они быстро расселись за столом и Тод продолжил.
— Так вот, — продолжил Тод, отворачивая крышку. — Я за Бродяжку поручился. — Крышка отвинтилась и он положил её на стол рядом.
— Да, спасибо брат Тод, — подтвердила она. — Бред какой-то, я же знаю, что я — человек, а они пристали со своими тестами и анализами. Всё настроение после моря испортили, — она надула губки, то Тод не обратил на это никакого внимания, так был поглощён изучением документов.
— И… за тебя… тоже поручился. — Он перевернул цилиндрик и из него выпал свёрнутые в трубочку листы бумаги и что-то небольшого размера, завёрнутое в простую бумагу.
— Ну-с… посмотрим. — Он развернул бумаги и начал их просматривать. Пробежав глазами по первым строчкам он оторвался и посмотрел на меня поверх их. — Я не верю в совпадения. И в чудеса не верю. Но это, — он встряхнул зашелестевшие бумаги. — Это тот самый отчёт. Тех умников. Ты можешь мне пояснить, как это, — он снова тряхнул бумагами. — Оказалось у тебя?
Я только развёл руками.
— Нет, — констатировал он, и снова углубился в чтение. Читал он быстро, складывая прочитанные или просмотренные листы лицом вниз, так что я мог только догадываться об их содержании. Всё, что мне оставалось — это следить за его лицом и то, что я видел, мне не нравилось — он то краснел, то бледнел.
— Значит не можешь объяснить, как к тебе это попало, — медленно проговорил он, не отрываясь от бумаг, и его тон мне очень не понравился. — Это… очень странно. Я бы даже сказал… подозрительно. Весьма… Говорила же мне мама — учись… Нет, ничего не понимаю. — Он снова бросил на меня короткий взгляд, оторвавшись от своего занятия.
— Очень… — было видно что его мысли далеки от меня. — Странно. Подозрительно. — Он снова посмотрел на меня и окинул взглядом притихшую компанию поверх сильно уменьшившейся стопки бумаг. — На твою Бродяжку заводят дело. Из-за артефакта, — он кивнул на коробочку. — Потом прилетаешь ты, с этим, — он встряхнул листами. — И знаешь, что самое интересное?
— Нет, а в чём дело? Расскажите.
