– Слушайте внимательно: я знаю, через кого вы пробрались сюда, как устроили гадание на перчатку и что вам подсказали валеты и дамы, как они верно указали, кто и чем болен, и что вылечить можете только вы, если же вас не позовут, то больной помрет. Вам удалось проделать эту дурацкую комедию, так как попали на людей простоватых, потерявших от волнения и утомления голову, и вы обделали выгоднее дельце. Если бы только это лечение, то не стал бы возиться с вами, ибо мировой судья штрафует, а в тот же день вы дадите слабительной травки другому простаку. Но вам почему-то понадобилось закрутить еще в этом доме злостную историю, обвинить почтенную женщину в убийстве первого мужа падчерицы и в покушении на убийство второго. Вы услыхали, что доктора назвали болезнь Кондырева отравлением, поняли это по-своему, подхватили сплетню о таинственной смерти первого мужа Кондыревой, о семейных неладах со вторым мужем, а карты будто указали вам отравительницу. Вы посмели громко сказать об этом Кондыреву и его семье, и из преданности даже готовы отвечать за ваше гадание. Вам кажется, что следователь, если не поверит гаданию, то оштрафует вас, и вы больше ничем не рискуете. Предупреждаю, что вы будете судимы за ложный донос, если подадите заявление об отравлении Кондырева, а если дадите показание под присягой, то вас будут судить за ложное показание под присягой. Когда Кондырев заболел, то были сделаны научные безошибочные исследования крови и прочего. Если вы понимаете, что это значит, то против вашего гадания имеются самые верные доказательства, что вы с корыстной целью налгали. Советую вам, прежде чем вы начнете дело об отравлении, поговорить с адвокатом, расскажите ему не скрывая все, что вы проделали, и поступите тогда, как он скажет или как вам подскажут ваши карты.
Целинова растерялась. Она не ожидала, что ее сказки могут принять такой оборот и что она получит от меня такую отповедь. Помолчав, и, видно, собравшись с мыслями, она перекрестилась и своим медовым поучительным тоном сказала:
– Большой вы мой враг, а за что не знаю. Делаю по душе, как господь…
Я нетерпеливо перебил ее:
– Перестаньте поминать господа всуе… Мне не заморочите головы. Я вам сказал все, что нужно, и передам Кондыреву результат обследования.
– Не касаюсь, – сказал я Кондыреву, – вашего лечения и веры в спасительницу. Меня интересует только гадание об отравительнице, в которое вы также уверовали. Вы, конечно, понимаете, что гадание не может быть доказательством чьей-либо вины и что для обвинения кого-либо в совершенном преступлении нужны действительные доказательства, которых у вас нет. Но зато имеются несомненные данные вымышленности обвинения. Если на минуту допустить, что вас отравляют, то, надо полагать, вам подсыпали в еду и питье яд. Как же это делалось, чтобы яд попадал в вашу тарелку, в ваш стакан, в вашу рюмку, хлеб, мясо и прочее? Ваш враг живет в совершенно отдельном другом этаже этого дома. Вы окружены семьей и верными давними служащими. Предложите же Целиновой, чтобы она еще раз погадала и пусть расскажет, как отравление было обставлено и выполнено.
Я обратил также его внимание на последствия ложного доноса, предложил ему посоветоваться с серьезным адвокатом, и если будет решено начать дело, то чтобы он или Целинова подали официальное заявление о возбуждении уголовного преследована против госпожи Пушкаревой и лиц, ей помогавших. Кондырев сконфузился, не нашел возражений, поблагодарил за проявленную мной заботу и сказал, что непременно посоветуется с поверенным.
Ни Целинова, ни Кондырев не подали заявления. Я узнал, что поверенный Кондырева после беседы с врачом и рассмотрения анализов и других данных пришел в ужас, узнав, какую кашу заварила бабка-знахарка. Дело закончилось миролюбиво. Госпожа Пушкарева отказалась от пожизненного владения нижним этажом дома в пользу семьи Кондырева. Я счел своей обязанностью доложить об этом деле начальству и указать, как у нас обнаглели знахарки, гадалки, целители, которых необходимо обуздать, и предложил отобрать от Целиновой подписку о прекращении врачевания.
Когда я сказал полицеймейстеру, что мы надеемся оградить местный темный люд от лечения знахарей, он угрюмо осветил:
– Ничего, батенька, из ваших попыток не выйдет. Полицейскими мерами этого не изменить. Знаете поговорку: коза бьет задом и передом, а все идет своим чередом? Вы будете побрыкивать, а знахарки будут лечить и морочить людям головы.
Группу Минеральных Вод составляют четыре курорта: Пятигорск, Ессентуки, Железноводск и Кисловодск, куда летом приезжают для лечения, а иные для развлечения, преимущественно зажиточные люди. Гастролирует на курортах и преступный люд: карточные шулеры, ловкие биллиардные игроки, аферисты разных рангов и мелкие воры. Сезон продолжается около трех месяцев, а затем местная жизнь замирает до следующего года.
