Радуга на мгновение и футбол босиком.
Пришел пастор.
Началась проповедь.
Человек сто пятьдесят выстроились во дворе, и пастор стал читать. Всех, даже меня, не понимающего ни слова, пробрало.
Вообще тема Бога в тюрьме преследует тебя повсюду. Везде надписи, означающие «Только БОГ» – в том смысле, что все в руках Создателя. Татуировки у заключенных часто аналогичного содержания, и распространенный ответ на многие вопросы звучал так же: «Все мы в руках Всевышнего».
Потом стоявший рядом с пастором парень – с которым нас, кстати, вели вместе, пристегнутыми одними на двоих наручниками, когда переводили в этот тюремный блок, – сыграл на гитаре какую-то балладу.
Исполнив ее, он сразу стал что-то быстро, с волнением говорить. Окружавшие меня люди слушали его, затаив дыхание. Я не понимал, о чем он говорит, но как он это делал… Очень проникновенно.
«Я такой же, как вы, и вот что я думаю по поводу всего этого…»
Мне показалось, он сказал именно это.
И… последовали аплодисменты, такие тяжелые мужские аплодисменты. Чувствовалось, что он зацепил собравшихся.
Это были не дежурные аплодисменты.
На время проповеди, этой неформальной баллады и короткого спича, – на какие-то мгновения – подобно радуге создалась новая аура тюрьмы.
Но все закончилось.
Закончилось быстро. Радуга исчезла. Парень с гитарой ушел.
Многие подходили к священнику, он, улыбаясь, пожимал всем руки. Затем охранник препроводил его за пределы нашего отсека.
И сразу начался футбол. Это Бразилия.
Многие играли босиком. На бетоне!
Как ни странно, даже имея спортивную обувь, бразильцы все же предпочитают играть босиком. Сам видел, как в процессе игры они снимают правый кроссовок и бегают в одном левом! Так им удобнее!!
И надо сказать, наносят удары страшной силы.
Играют очень азартно.
С хриплыми криками, ором. Кость в кость.
Такой настоящий мужской футбол, жесткий, с интенсивными столкновениями. Я не рискнул с ними играть.
Но грубости не было – была именно жесткость.
При любой возможности бразильцы сразу били по воротам. Как в хоккее.
Часто мяч летел выше ворот и попадал в развешанное для сушки по всему периметру тюрьмы белье.
Футбол закончился.
Слишком много впечатлений, слишком мало сна
Мы еще какое-то время ходили по кругу, гуляли. От этого хождения я опять впал в состояние транса.
Напрягал гвалт, как на базаре: все громко разговаривали, бразильцы просто от природы горластые – от этого всего наступает жуткая какофония.
Особенно тебя начинает бесить, что в этом гвалте ты ничего не понимаешь и поговорить тебе не с кем. Ну если не считать Федора, а от разговора с ним становится еще хуже. Никогда не разговаривайте с сумасшедшими.
Охранник провел дубинкой по решетке – это означало, что надо расходиться по камерам.
С одиннадцати до часу дня нас закрывали
в камерах.
Наступало время безвременья…
Заключенным, глотнувшим немного свободы, вновь напоминали, где они находятся. Поэтому вид у многих в этот момент был довольно подавленный и печальный.
А это неестественное состояние для бразильцев.
С которым они сразу начали бороться.
Поставили стол, раскурили «трубку мира» и стали играть в домино, время от времени прерываясь, чтобы заправиться «коксом».
Бразильцы вообще мастера мимики, и, вдохнув белого порошка, они активно двигали носом влево-вправо, интенсивно поднимая левую или правую щеку. Я всегда с интересом смотрел на подобную акробатику лица.
Глаза у них после кокаина становились стеклянные.
Заключенные попроще расположились по «шконкам» и увлеченно смотрели мультики про Микки-Мауса. Как дети.
Другие «дети» курили, кто-то играл на гитаре.
Мы, иностранцы, сидели на скрученных, поставленных ребром матрасах и не знали, чем себя занять. Виктóр – большой, лысый, немного забавный африканец – си-дел молча, потупив глаза и обняв голову руками. Периодически он поднимал голову и я видел его печальный взгляд.
По моим ощущениям, перелом в сознании человека, попавшего в тюрьму, наступает где-то на десятый-двенадцатый день. Далее он впадает в некое безразличное состояние.
Я не хотел уже ни ночи, ни дня, ни еды, даже желание свободы как-то притупилось.
Наступила эмоциональная усталость: слишком много было впечатлений за последние десять дней и слишком мало сна.
Заболевшие колени вернули меня на землю.
Поучаствовал в молитве в одной из камер.
Присутствующие там находились в состоянии транса. Один из заключенных беспрерывно повторял какую-то мантру, все стояли на коленях, опустив голову на пол, и что-то бормотали.
Я проходил мимо и один из тех добрых людей, которые морально поддерживали меня, постоянно напоминая мне, что «все в руках Господа Бога», жестом пригласил присоединиться. Из вежливости и желания попробовать что-то новое я принял его предложение. Подумал: «Почему бы и нет?»
Тоже встал на колени, только просто склонив голову, не опуская ее на пол, и думал о своем. Звучание молитвы было монотонным и нарастающим. Бесконечным. Напоминающим шаманское песнопение.
