– Ну ладно, – Трэш помялся. – В общем, я тут потренироваться на выходных решил. Пострелял немного по бутылкам. И патроны закончились. А купить не получилось.
Я похолодел.
– Так ты что, с незаряженным пистолетом ходил все эти дни?
– Ну, да, – он улыбнулся, отпил пиво. – А че? Страшно?
– Вот ты дебил! – только и сказал я.
Потом мы выпили еще по паре кружек, и я предложил поехать ко мне. Хотелось как следует надраться, чтобы забыть о проблемах. У меня вызывало радость только то, что мы унесли ноги из этого бандитского заведения. Не иначе, снова помог ангел-хранитель.
Не переставая пить пиво, мы сели в автобус, потом на электричке добрались до меня. Купили еще ящик пива и красного вина для девушки. Трэш загорелся идеей вызвать свою знакомую по фамилии Бледер. Он незаслуженно называл ее «блядур». И повторял это так часто, что я даже имени девушки не запомнил. Трэш позвонил ей – и Бледер сразу согласилась приехать: «Записываю адрес».
Бледер оказалась некрасивой, очень тощей, с длинным носом и черными кудрями. В общем, не мой тип. Мне всегда нравились девушки с кукольным личиком – блондинки с голубыми или зелеными глазками, и совсем некукольной фигуркой – чтобы формы отчетливо проступали, даже будучи скрыты одеждой.
Мы врубили на полную тяжелый металл, несмотря на то, чтобы была ночь, весело общались и много пили. Я на время забыл о бандитах и о том, что последние дни прошли черти как. Даже потеря пистолета меня уже расстраивала не так, как раньше. Через некоторое время девушка заявила:
– Давно так весело не проводила время, с такими замечательными парнями. Один из которых настолько умный, а второй – такой красивый.
Фраза оказалась не только идиотской, но и роковой…
Красотой я после челюстно-лицевой хирургии не отличался, и намек на неординарную внешность воспринял болезненно. Поэтому решил – пора спать.
– Я лягу на кухне на раскладушке, – сказал я. – Вам, ребята, уступаю свою кровать.
Выдал им чистое белье, постелил себе на кухне. Но лечь так и не успел. У Трэша с Бледер началась бурная ссора.
– Значит, я, по-твоему, недостаточно умный?! – кричал он. – По-твоему, я дурак?! Так, что ли?!
Она пыталась оправдаться, но Трэш пребывал в той стадии алкогольного опьянения, когда не слышат никого, кроме себя. В конце концов, он засветил девушке по физиономии. И ушел в ночь, хлопнув входной дверью.
Бледер упала на расстеленную кровать и разрыдалась. Я попытался ее успокоить, сказал, что такое случается, не стоит придавать этой пьяной ссоре значение.
– Меня еще ни один мужчина не бил, – поведала, всхлипывая девушка.
– Все когда-нибудь бывает в первый раз, – заметил я.
Честно говоря, я думал, Трэш вернется, но прошло несколько часов – его не было.
– Может, пойти его поискать? – предложил я. Но девушка наотрез отказалась. Ее можно было понять. Ни с того – ни с сего получить по физиономии – будешь злиться. В будущем, подумал я, она будет тщательнее подбирать слова. Одной фразой задеть сразу двух мужиков – тут требуется особое мастерство. – Давай спать, – сказал я.
Она легла в комнате. А я на раскладушке, как и планировал…
Отчего-то не спалось. Когда тебе двадцать с небольшим, а в той же квартире лежит в постели горячее женское тело, только что рыдавшее у тебя на плече, заснуть не просто. Я ворочался около получаса. Потом встал, завернулся в одеяло и пошел в комнату. Она тоже не спала. Я склонился над ней, поцеловал, забрался под одеяло, и принялся ласкать ее маленькую грудь, чувствуя, как под пальцами твердеют соски.
– Нет, – проговорила Бледер и отстранилась. При этом толкнула меня неуклюже, угодив по больной руке. Я даже вскрикнул. И рассердился.
– Нет, так нет, – я собирался встать. Но она резко схватила меня за плечо и притянула к себе:
– Стой. Мы просто не поняли друг друга.
Вскоре я обладал ее худым костистым телом. Действовал властно, очень по-мужски. Переворачивал ее и так и эдак, и с наслаждением шевелился в ней. Удобнее всего было любить ее по-собачьи – в других позах мешала простреленная рука.
Утром у нее на лице обнаружился фиолетовый фингал. Загримировав бланш перед зеркалом, Бледер направилась на кухню, готовить завтрак. Она демонстрировала бытовую хозяйственность с удовольствием. Чем очень меня подкупила. Большинство избалованных девчонок считают ниже своего достоинства даже прикасаться к домашним делам. Во всяком случае, в начале отношений. Это потом, взрослея, они осознают, что зрелого мужчину проще всего завоевать, «взяв на уют». Всякий мужик любит домашний комфорт, кроме, разве что абсолютных дикарей.
Я ел яичницу с колбасой и ощущал себя очень дискомфортно. Мне было неудобно перед Трэшем. Я понятия не имел, в каких он отношениях с этой девушкой. Может, он даже ее любит? К тому же, я испытывал стыд и перед Бледер – по тому, как она суетливо и услужливо себя вела, я заключил, что она рассчитывает на большее, чем просто одноразовый секс.
– Давай Трэшу позвоним, – предложил я.
– Этому козлу?! – возмутилась она. – Ни за что!
– Ну, ладно.
И тут раздался звонок в дверь, от которого я едва не подпрыгнул.
