– Я тут, пока вы ходили, кое-какие справки навел. Его в этих гаражах никто не знает. Машину пригнал три дня назад сюда. Сказал, у него тут у друга гараж. С тех пор она тут и стоит. Покупатели приезжают каждый день. С утра до ночи.
– Как это? – удивился я.
– Да черт его знает. Мутный тип, короче.
– Вообще-то, он нам и не говорил, что у него здесь свой гараж, – возразил я. Мою подозрительность полностью застило желание обладания БМВ. Именно этим. – И потом, я у него в квартире был. А покупателей, может, что-то в машине не устраивало. Может, движок в масле. Они смотрели и уезжали. Он мне расписку написал. – Я продемонстрировал мятый листок, испещренный каракулями.
– Дурак ты, Степа, – обиделся Юра, – делай, конечно, как знаешь, но я тебя предупредил.
Я вернулся к машине, уточнил:
– Значит, механик завтра будет?
– Завтра-завтра, – ответил Боря с ехидной улыбочкой, глаза у него были хитрые, – и все сделает.
Я достал из кармана остаток суммы, протянул ему деньги:
– Я тут подумал, а ну его, лучше прямо сейчас заберу.
– Как – прямо сейчас?! – улыбка сползла с лица Бориса.
– Вот так. Ты документы на машину давай. – Я постучал носком ботинка по колесу. – Вроде, не спускает. Так что мы прямо сейчас ее и заберем.
Юра подошел незаметно, поинтересовался у продавца:
– А что, тебя что-то не устраивает?
– Да все устраивает, – заверил Боря, – но вам же будет выгоднее забрать машину потом, то есть завтра. Она же не на ходу. Если без масла ездить, движок стуканет. Сами же сказали.
– А почему ты думаешь, что она своим ходом пойдет? – Юра захлопнул капот. – Документы тащи. А я пока свой джип подгоню, сейчас на трос ее подцепим, и отгоним ко мне.
– А как же доверенность? Генеральная? Вы же без нее машину переоформить не сможете?! – нашелся прохиндей.
– А я за доверенностью завтра приеду, – сказал я.
– А я завтра не могу, – забыв о встрече с несуществующим механиком, выпалил Борис.
– Тогда приеду, когда сможешь.
– Неси давай, – подключился Юра, – что-то не так, что ли?
Разговор продолжился на повышенных тонах. Юра даже предложил вызвать милицию, поскольку «все это странно». Боря еще некоторое время упирался, потом понял, что мы непреклонны, и принес документы. Когда мы, подцепив на трос, увозили БМВ, вид у него был обреченный, словно только что мы лишили его всех средств к существованию.
Машину мы отогнали к Юре в гараж.
На следующий день я стал звонить Борису, но телефон, указанный в объявлении, молчал. Лавочка прикрылась – он больше не был заинтересован в покупателях. Только тогда я вдруг сообразил, что фамилии на документах и на доверенности не совпадают. То есть владел машиной один человек, а продавал ее совсем другой. И все же, ситуация требовала разрешения, поскольку без владельца машины (ее настоящего владельца) я не мог переоформить ее на себя. А мне очень хотелось стать ее полноправным хозяином.
Я упорно звонил в течение полутора недель, но все без толку. Тогда я собрался и поехал навестить Бориса. На улице возле знакомого подъезда толпилось человек двадцать. Я прошел мимо них, поднялся по лестнице на второй этаж, позвонил в дверь. На звонки никто не ответил. Зато за спиной поинтересовались:
– Ты не владельца серебристого БМВ, часом, ищешь?
– Ну, да, – ответил я.
– Добро пожаловать в клуб, – мрачно сказал мужик в спортивном костюме, пожал мне руку, – я тоже этому козлу аванс оставил. Мы его уже несколько дней ищем. Перезнакомились уже все. – Мы вышли из подъезда, и он стал представлять мне активистов из числа пострадавших. – Вот это Виталик, это Леха, это Женя, а это Петр Иваныч. Он, вообще, всю сумму заплатил, чтобы, значит, на следующий день авто забрать.
Петр Иваныч уныло кивнул в подтверждение сказанного.
– Ты не думай, – заверил меня Леха, крепко сбитый парень с золотой цепью на шее, – мы его все равно найдем. А когда найдем, похороним. Куда он отсюда денется? Вон его мать в окне маячит. – Я обернулся, мне показалось – занавеска чуть дрогнула. – Прячется от нас. Говорит, что сына знать не хочет.
Мне стало жаль эту несчастную женщину. Разве она виновата, что родила и воспитала урода? И в приличных семьях порой вырастают настоящие подонки.
– Милицию вызывала уже несколько раз, – сообщил Петр Иваныч.
– А нам милиция по хую! – взорвался неожиданно Леха. – Мы здесь потерпевшие. Пока я из него свои бабки не вытрясу, никуда не уйду.
В планах несанкционированного собрания было отловить Борю, вывезти куда-нибудь за МКАД, и там, избив до смерти, бросить в лесу. Я решил, что, пожалуй, не стоит говорить этим рьяным поборникам справедливости, что я увез вожделенный БМВ, прицепив за трос. Потому что тут же найдется умник, который заявит на мою машину права. Тот же Петр Иваныч, например. Он ведь оплатил полную стоимость.
– Ты с нами?! – я вздрогнул, когда мужик в спортивном костюме хлопнул меня по плечу. – Замочим гада?!
– Но ведь так мы не увидим своих денег, – возразил я осторожно.
– А он их нам сначала отдаст, а потом мы его зароем! – кровожадно скалясь, проговорил Леха.
