– Я даже не уверена, что какая-либо из этих семей ко всему этому хоть каким-то образом причастна, но если эти убийства были совершены профессиональным киллером, то есть смысл присмотреться к этим двум крупнейшим преступным семьям в тех краях.
– Одна из жертв работала у Мендеса. В этом есть смысл, хотя Почер – довольно странное дополнение к общему списку.
Что бы я сейчас ни сказала, это способно поставить под удар моего отца и брата, поэтому двигаюсь дальше:
– Список людей, которые связаны со всеми тремя городами, слишком уж велик. Мне нужно, чтобы ты сузил его. Ты же компьютерщик, так что знаешь, как это делается. Вероятности. Пересечения. Что-то в этом роде.
– Благодаря Мерфи я получил помощь, так что я этим занимаюсь.
– Интересно, – говорю я. – Может, мы и не связаны по рукам и ногам с кляпом во рту.
– Что?
– Ничего. Добудь мне хоть что-то.
Завершаю разговор и быстро шагаю в сторону метро, а моя тень по-прежнему неотвязно следует за мной по пятам. Моя задача – посетить каждое место, где когда-либо ступала нога Вудса, и хотя да – я найду то, что там для меня оставили, я все-таки в первую очередь профайлер. Я использую свои умения в этой области, чтобы создать картину его жизни, которую смогу использовать, чтобы поддержать или отвергнуть его кандидатуру в качестве наемного убийцы или вообще убийцы.
Спустившись по лестнице, я направляюсь к ряду автоматов, чтобы купить проездной на день. Мой сопровождающий идет к другому терминалу, чтобы купить проездной для себя, – его длинные черные волосы скрывают лицо, оттенок кожи не виден под зеленой курткой армейского образца. Я хватаю свой билет, прохожу через турникет и не останавливаюсь, пока не оказываюсь на нижней платформе, куда прибывает мой поезд. Сразу же осознаю момент появления там этого человека, и мне интересно, действительно ли он думает, что действует скрытно. И не менее интересно, не скрывается ли в толпе еще какой-нибудь незаметный персонаж, которого я упускаю, чрезмерно сосредоточившись на этом парне.
Прибывает поезд, и группа примерно из двадцати пассажиров выскакивает из вагона, в то время как еще тридцать, включая меня, занимают их место. Прохожу в самый конец вагона, откуда открывается вид на весь салон, и прислоняюсь к стене, в то время как мой соглядатай остается в нескольких футах от меня, держась за поручень. Это странная птица, которая не кричит о своей национальности. Он может быть как белым, так и итальянцем или мексиканцем. И может работать на кого угодно.
Когда вагон трогается с места, достаю из кармана пальто телефон и размышляю, не написать ли Кейну и не спросить, не его ли этот парень. Но если вдруг нет, Кейн пришлет подкрепление, в котором я не нуждаюсь и которого не хочу. А если да, у меня будет новая причина разозлиться. Засовываю телефон обратно в карман, думая о реакции Кейна на те фотографии. Эти дела явно связаны с
