возможно, помимо, поверх множества повествовательных моих постскриптум слов ей на кухне за зелёно-грейпфрутовым чаем, это бегство, эту слабину почувствовала и моя светлая муза. и вскоре, в Афинах уже оставила меня, в мае. углубилась в себя, в лето, в леса…
Киллерову дали шесть лет колонии, максимум. это горделиво доложил мне Борис Семёнович, праздно звонивший через месяц.
собрать из двух неходовых велосипедов один ходовой – наверное, не так сложно. подходящее занятие для интеллигента – выйти на солнышко, взять разводной ключ, «молотом – да по цепям, по цепям!», как учил товарищ Журбин в однофамильном романе Всеволода Кочетова. на шинах тем более – Made in USSR написано, и некоторые в прекрасном состоянии. надо только камеру с переднего колеса купленного в девяностых у рок-коллеги Минлоса за сто рублей зелёного велика «Украина» – переставить на заднее колесо чёрного зиловского велосипеда, моего верного Росинанта уже этак лет двадцать, а не на заднее колесо всё того же зелёного (камера на чёрном, на «родном» заднем, увы, моментально спускает). работка спорится под последний альбом Рамонесов и первый Пистолзов (слушаю на кассете). но в какой-то момент, когда надо всего лишь заправить камеру под шину аккуратно и последовательно, овладевает панком паника – ничего не получится, не успею до потемнения (а в сентябре-то оно уже пораньше) проехать необходимые километры…
решение, куда ехать в столь погожий день – пришло как-то постепенно. давно была этакая «закладка» на карте окрестностей, где мелькнул указатель «п.л. Восток» по пути из Сергиева Посада. мелькнул очень давно, лет десять назад почти… там ведь близко – только Рахманово надо проехать, выехать на Ярославку, и слева будет поворот.
камера наконец слушается, в шину заправляется. неродное заднее колесо вставляется, с цепью сживается, только вот тормоз немного тут неподходящий, но уж как-нибудь упрём, не прикрепляя… да, оба колеса накачаны сносно, можно ехать.
высота в седле обещает быстрый и наблюдательный вело-полёт.
печёт солнце не по-осеннему, но за Рахманово, то есть проехав уже большую часть пути по моим расчётам, могу по Старой Ярославке держаться левой стороны, теневой…
заехать в КООПмаг за водичкой? что-то жарковато, но питьевая вода – враг велосипедиста. так что миную последнюю торговую точку и серебристый памятник здешним воинам Великой Отечественной перед ней. далее родной и плавный путь с горки за церковью к левому повороту на Росхмель, но теперь – надо дальше, дальше ехать старой Ярославкой к новой.
вот и выезд, тут кончается Пушкинский район и начинается Сергиево-Посадский. летящие навстречу фуры обдают ветром с пылью – на этот случай имеются солнцезащитные очки, левой рукой надеваю. нужный указатель всё не обнаруживается, но померещиться он не мог.
и бензоколонку приходится проехать, и ещё небольшие поселения вдоль шумной Ярославки…
и вот он – искомый поворот перед мостом. скромные белые буквы «П.Л.» на синем фоне – крамола жуткая, потому что расшифровываются как ПионерЛагерь! неужели живёт и работает?..
и так легко почему-то ехать налево, к панельным плитчатым бело-синим домам. они связаны с лагерем, который притягивает меня на таком расстоянии лет, что и подумать-то странно… 1984-й год.
такое развитое тут жильё и детские площадки – потому что Экспериментальный загорский завод пластмасс ещё живёт, – маленький городок слева, вдоль узкой дороги. но меня влечёт далее, ведь не может шоссейный указатель обманывать.
точно – вот на прямоугольном повороте направо здание завода, которое мы торопливо приняли глядя из нашего пионерлагерного автобуса за сам лагерь! но дети-старожилы лагерные тогда успокоили – нет, это ещё не лагерь, это завод. лагерь дальше, за полями.
не хватает дыхания – может, волнение, спешиваюсь на вполне пологом подъёме в гору. мимо иногда проезжают иномарки, проходят дачники. но дальше, за полем и очередным поворотом в дачное товарищество – есть путь в лесную горку, и он отчего-то так радует, словно улыбается еловым краем гостеприимно, хотя на деле улыбаюсь я…
«С высокой ветки в детство заглянуть» – нет, тут хорошо подстанавливается в мелодию «С велосипеда…»
можно было бы спрашивать у огородников, точно ли еду – но отчего-то не решаюсь нарушить этой многообещающей, торжественной тишины опустевших в сентябре участков.
не сомневаюсь, что еду верно.
подсказка – дорожный знак «осторожно, дети»… и вдруг за очередным поворотом – на этот раз налево, – как-то сразу, ускоренно «промотавшись», накрывает меня стечение всех опознавательных знаков. и спортзал той самой насупротивной лагерю школы, и слева старенький деревянный корпус старших отрядов, и те самые, не менявшиеся с прошлого века ворота. правда, ни таблички, ни вывески, ни знака – но зачем они мне?! (да и были ли тогда?)
это мой «Восток-1», а не «Восток» как указывал забывчивый, поверхностный дорожный знак… металлические ворота и калитка, не менявшиеся.
заварена калитка? ну, можно и забор перелезть! нет, открыта…