– Знаю, но у меня связаны руки. – Бен откидывает голову назад, ненадолго закрывая глаза. Когда он выпрямляется, я вижу, как в его голове формируется план. – Мы согласимся. Притворимся, что поддерживаем. Я буду оттягивать голосование как можно дольше, и мы воспользуемся этим временем, чтобы выяснить, что происходит. Я не доверяю Джино. Он что-то задумал, и я намерен выяснить, что именно.
Пока Бен спит, ухожу в ванную комнату на борту самолета, чтобы проверить одноразовый мобильный. Я знаю, что Нат будет волноваться, и хочу сообщить ей, что мы летим домой. Сейчас четыре часа утра, так что я не жду от нее ответа, а тем более звонка.
Быстро отвечаю, пока не раздался первый звонок и не разбудил Бена.
– Что случилось? – шепчу я.
– Калеб. – Ее голос дрожит. – Он не вернулся домой с Джошуа. Они ввязались в драку. Я не ложилась, думала, он заявится, когда остынет, но он не пришел. Я разбудила Джошуа в час ночи, когда увидела в приложении, что Калеб в Мотт-Хейвен.
Черт. Это плохо. Мотт-Хейвен – это Южный Бронкс, место, прославившееся убийствами, насилием и наркотиками.
– Пожалуйста, скажи мне, что не отправилась туда.
– Я собиралась, – признается она, – но Джошуа словно сошел с ума, я никогда его таким не видела. Он сказал, что все уладит, и заставил меня пообещать, что я останусь дома и не стану звонить Джино. Он ушел полтора часа назад с парой друзей, и больше я ничего от них не слышала. Теперь трекер показывает, что он в том же районе, и я в ужасе, Лео. – В динамике слышно ее неровное дыхание. – Что, если с ними что-то случилось?
Это место – настоящий гадюшник, но Калеб и Джошуа посвященные, и они умеют пользоваться оружием и драться. Надо верить, что они не попали в серьезное дерьмо.
– Я знаю, что ты переживаешь, но тебе надо сохранять спокойствие и не делать поспешных выводов. Джошуа умный парень. Он не пошел бы разбираться сам, если бы думал, что его брат в серьезной беде. Вот что мне от тебя нужно. Положи трубку и позвони Бену. Выложи ему то, что сейчас рассказала мне, чтобы он мог послать кого-нибудь проверить их. Мы приземляемся через сорок минут и поедем прямо в Мотт-Хейвен.
– Позвони мне, как только выяснишь что-нибудь.
– Обещаю. Постарайся не волноваться, – добавляю я, хотя знаю, что это бесполезно. – Мы их найдем.
– Алессо и Брандо нашли их, – говорит Бен, читая сообщение с телефона, пока Чиро, как маньяк, несется по улицам Нью-Йорка. Город начинает просыпаться, но еще рано и движение минимальное.
– Они в порядке?
– Да, но вляпались в какое-то дерьмо с наркотой. Алессо задержит их там до нашего приезда.
– Это многое объясняет, – бормочу я.
– Да уж. Черт. – Бен трет виски. – Это раздавит Наталию.
– Давай подождем, пока не приедем и не увидим, какого черта происходит.
Мы тормозим у здания, адрес которого Алессо сообщил нам двадцать минут назад. Спасибо Чиро, который вел так, будто участвовал в гонках «Формулы-1». На улице тихо, и это одна из самых приличных частей Мотт-Хейвена с ухоженными домами из красного кирпича. Могло быть хуже. Это мог быть Митчел-Хаузез, где за закрытыми дверями творится всевозможное дерьмо.
– Сюда, босс, – зовет Алессо, высунувший голову из двери в подвал.
– С чем мы имеем дело? – спрашивает Бен, когда мы спускаемся в темное, сырое помещение.
Кругом бардак: журнальный столик усеян пустыми пивными банками, недоеденными коробками с едой навынос и засохшими кусками пиццы. Окно занавешено черной простыней, загораживающей свет, как будто тут живут вампиры. На драном двухместном диване из красной кожи свалена мятая одежда.
– Ничего хорошего, – загадочно произносит Алессо и дергает плечом, призывая идти дальше. – Мы отправили двух друзей Джошуа по домам. По крайней мере парню хватило ума прийти с подмогой.
Джошуа умный, и в отличие от брата он продумывает свои действия. Иногда Калеб сильно напоминает мне Матео.
Мы идем по потрескавшимся деревянным полам, нуждающимся в ремонте, мимо убогой кухни и ванной, которая выглядит как пережиток семидесятых. Алессо ведет нас в большую из двух спален в дальней части здания, и Бен ругается себе под нос. Из комнаты вынесли всю мебель, чтобы вместить несколько грязных матрасов. В воздухе висит густой запах травки, и я чувствую, как он липнет к ботинкам. Но сильнее тревожат иглы повсюду и свидетельства употребления других наркотиков.
Это и тело Калеба Аккарди, лежащего на руках брата. Глаза Калеба закрыты, его грудь вздымается от тяжелого дыхания, говоря о том, что он спит после кайфа. Челюсти Джошуа стиснуты, и он выглядит обеспокоенным.
– Что он употребляет? – спрашивает Бен, присаживаясь на корточки перед племянниками.
– Разное! – признается Джошуа.
– Кто эти ушлепки? – спрашиваю я, пиная двух парней, которые в отключке лежат на матрасах у моих ног.
– Утырки, которых он встретил на вечеринке. Это они его снабжают. Я говорил ему не делать этого. Я сказал, что расскажу дяде Бену, если он пойдет сюда, но Калеб проигнорировал меня. – Джошуа крепче обнимает брата. – Мне не следовало отпускать его одного. Это выходит из-под контроля.
