Запретные удовольствия. (ЛП) полностью

Рядом с тарелкой Дафна нашла письмо, но то была не прощальная записка от герцога – на сургучной печати не красовалась его корона, – а послание от Виолы.

Она смотрела на нераспечатанное письмо и не видела его. Уехал. Уехал из-за того, что случилось прошлым вечером. Или, скорее, почти случилось. И даже не попрощался.

«Вы даже не представляете, сколь соблазнителен может оказаться простой поцелуй».

Соблазнителен. Невероятно соблазнителен. Для них обоих.

«Но какой прок мучить себя мыслями о вчерашнем вечере», – строго выговорила себе Дафна и вскрыла письмо виконтессы. В конверт было вложено ещё одно послание. Дафна решила начать с письма Виолы.

«Дафна, 

Меня невозможно осчастливила весть о том, что Энтони учит вас танцевать. Сей навык весьма важен в Лондоне, и, владея им, вы в полной мере насладитесь сезоном. И мне радостно было читать, что вы находите моего брата очаровательным. Я всегда считала его таким, но ведь я его сестра и могу быть немного пристрастной. Да и как иначе, если он всегда защищал и оберегал меня? 

Моя дорогая Дафна, боюсь, я должна вам кое в чём сознаться. Я повела себя ужасно назойливо и позволила вмешаться не в своё дело. Не спросив вашего дозволения, я провела небольшое расследование и выяснила некоторые подробности о браке ваших родителей. Вкладываю письмо от священника небольшой приходской церкви в Гретна-Грин. Сей джентльмен сообщает, что сэр Генри Уэйд, рыцарь ордена Бани, и мисс Джейн Дюранд, дочь лорда Дюранда, были обвенчаны двадцать четвёртого февраля восемьсот пятого года. А сколь вам двадцать четыре года, можно сделать вывод, что речь идёт именно о ваших родителях. 

И если вашу матушку в девичестве в самом деле звали Джейн Дюранд, полагаю, этого свидетельства достаточно, дабы подтвердить ваше родство с лордом Дюрандом. 

Надеюсь, вы простите моё вмешательство, но, поверьте, оно было вызвано самыми благими намерениями. Вы заслуживаете, чтобы семья поддерживала вас и защищала. Хочу верить, что вы посчитаете сиё радостными вестями. 

Между тем я жду вашего прибытия сразу же после Рождества. 

Передавайте мои самые искренние пожелания мистеру и миссис Беннингтон. 

Ваша подруга, 

Виола». 

– Сообщает ли виконтесса последние новости из Лондона и Чизвика? – спросила миссис Беннингтон.

Не отвечая, Дафна уставилась на письмо. Дедушка, барон, не пожелал её знать, и она не станет заявлять об их родстве, надеясь получить его деньги или поддержку! Возможно, глупо быть такой гордячкой, но именно гордость не позволит ей просить о чём-либо родных, которые не желают признавать её существование. По крайней мере, пока есть другой выбор, она не станет этого делать. Поэтому сначала она отправится в Лондон и проведёт там сезон, а затем найдёт работу гувернантки, как и планировала.

Приняв вид безмятежный и спокойный, Дафна сложила оба письма и подняла глаза.

– Боюсь, никаких новостей, – ответила она. – Её светлость передаёт вам обоим свои наилучшие пожелания. – Убрав письма в карман платья, Дафна повернулась к архитектору раскопок: – Герцог сообщил, что должно быть сделано в его отсутствие?

– Он упомянул те четыре мозаики, что я принёс вам вчера. Ещё надо закончить одну или две фресковые настенные росписи. Ну и, конечно же, запасы разбитой посуды никак не истощаются. И каталог находок. Полагаю, этого достаточно, чтобы занять вас до самого отъезда.

Добродушное подтрунивание мистера Беннингтона подняло Дафне настроение.