Трудно выглядеть раскаявшимся, когда у твоих ног лежит весь мир. Игра не имеет значения. Мы не попадем в плей-офф. В начале сезона мы потеряли двух наших лучших парней из-за травм, а еще одного игрока выгнали из «Сент-Джонса» из-за наркотиков. Жаль. Он продавал хорошую травку.
Тренер вдохновенно исполняет песню «Парень, пытающийся обуздать трудного подростка». Он говорит, что я должен проявлять уважение и не могу идти по жизни, игнорируя правила, но он неправ, и мы оба это знаем.
Стою и молчу, пока он не выложит все, а потом тренер сокрушенно машет рукой и велит мне собирать вещи вместе с остальной командой.
Александр ждет меня, как послушный щенок. Когда отправляюсь в кампус, он пристраивается рядом.
— Родительский выходной в субботу. Не терпится увидеть дорогого папочку?
Игнорирую, но он продолжает.
— Может, мама приедет.
Смешно. Она никогда не приезжала на родительские выходные в Сент-Джонс. Мы почти не общаемся, хотя на днях она неожиданно позвонила мне. Я чуть было не переключил звонок на голосовую почту.
— О, Эммет! Я скучаю по своим мальчикам. У вас все хорошо? Учитесь и ведете себя так, как я вас учила?
— Простите. Кто это?
Она вела себя так, будто поняла шутку.
— Эммет, не говори глупостей. Скажи, ты что-нибудь слышал об отце в последнее время?
Это действительно жалко. Прошло столько времени, а она все еще влюблена в отца.
Фредерик Мерсье — сложный человек. Большинство людей не захотели бы сидеть напротив него в зале заседаний, не говоря уж об обеденном столе. В детстве он пугал меня, и найти утешение можно было только у мамы. В нашем холодном доме я отождествлял счастье с ней, пока мне не исполнилось пять лет и отец не ушел.
Развод сломал ее.
Она слишком сильно любила отца. Когда он ушел, жизнь превратилась в вакуум. У меня сохранились воспоминания о том, какой любящей и внимательной была мама до расставания, но после этого она ушла в себя. Короткие поездки превратились в лето вдали от нашего дома в Париже, а зимы — в отсутствие телефонных звонков. Она всегда в поисках своего счастья, и, очевидно, оно не включало ни Александра, ни меня.
Раньше я относился к ней с пониманием — нелегко исцелить разбитое сердце, но теперь это прошло. Я вижу ее такой, какая она есть на самом деле: эгоисткой. Вечно ищущей, находящей, уходящей. Когда мы с Александром были еще маленькими и жили в Париже, отец пытался бывать там, но работа не давала покоя. Невозможно быть главой глобального конгломерата по производству предметов роскоши и каждый вечер приходить домой к ужину, не говоря уже о том, что он женился во второй раз после развода. Нашел себе милую маленькую семью и дочь-принцессу.
В основном нас оставляли на попечение нянек, некоторые были лучше других. Они знали, что никто не будет проверять, а такая свобода порождала беспечность и пренебрежение. Я был рад, когда нас наконец отправили в Америку учиться в Сент-Джонс. Здесь мы все в равных условиях, разношерстная компания грустных, заброшенных, богатых детей. Бедные мы.
Я почти сожалею, что пребывание здесь подходит к концу. Реальный мир наступает на пятки, готовый вонзить свои зубы.
Именно по этой причине папа приезжает в Сент-Джонс на родительские выходные. У него есть планы на меня, ведь мне исполнилось восемнадцать, и я скоро заканчиваю школу.
Ставлю будильник на субботу 9:00 утра и отправляюсь на один из своих длинных заплывов. Затем возвращаюсь, принимаю душ, бреюсь. Я тщательно слежу за внешним видом, выбираю черный костюм. Другие дети будут одеты более непринужденно для пикника на лужайке, но папа ожидает, что я буду одет хорошо. В конце концов, я его отражение.
Мой сосед по комнате Харрисон стонет и переворачивается на живот, прикрывает голову подушкой, чтобы заглушить шум.
Его родители сегодня не приедут. Я спрашивал, и в последний раз он получал от них весточку, когда они были на яхте в Каннах.
— Не мог бы ты уже свалить, чтобы я мог поспать?
Не обращая на него внимания, сосредоточенно поправляю манжеты рубашки. Горжусь тем, что хорошо одеваюсь, и, честно говоря, американцам есть чему поучиться у французов. Даже если бы отец не владел половиной рынка элитной мужской одежды, я бы все равно заботился о том, чтобы одежда подходила по размеру, стилю и внешнему виду. Американские мужчины приравнивают это к гомосексуальности, как будто ты больше похож на мужчину, если на тебе мешковатые штаны, и ты не мылся три дня.
Прихожу на пикник пораньше, вглядываюсь в немногочисленную толпу на главной лужайке, но отца пока не вижу. Музыканты играют на струнных инструментах. Официанты в одинаковой униформе разносят канапе, а также газированный сок для студентов и шампанское для родителей.