Толпы народа стояли стеной по обеим сторонам дороги. Здесь были и замужние женщины, в ярких дэлах, с причудливыми прическами, возвышающимися, как рога горного барана; и молодые девушки в самых разнообразных головных уборах — в торцогах со свисающей красной кистью, в бархатных шапках с высокой остроконечной тульей, с цветными лентами. Тут были и старые и малые, бродячие музыканты и певцы, нищие и носильщики, ламы в желтых и красных дэлах, китайские купцы в черных халатах, конторщики, продавцы.
Приехавшие на базар араты из столичных предместий громко приветствовали Сухэ-Батора и его воинов, плескали по древнему обычаю кумысом и молоком в ту сторону, где полыхало ярко-красное знамя народно-освободительной армии.
Народ ликовал. Отовсюду неслись приветственные возгласы. Вездесущие босоногие ребятишки, обгоняя ряды марширующих солдат, с любопытством разглядывали главного командира. Слезы радости блестели у всех на глазах. Строго держа равнение в строю, седые партизаны рукавом незаметно утирали слезы. И как тут было не растрогаться? Народ, за счастье которого они сражались, не щадя своей жизни, так сердечно встречает их!
Впереди войск ехал командующий монгольской народно-освободительной армией Сухэ-Батор. Он был одет в белый чесучовый дэл, на одном боку у него висел маузер, на другом — шашка. По обеим сторонам от командующего ехали министры Временного народного правительства и члены Центрального Комитета Народной партии, одетые в яркие шелковые долы — синие, голубые, коричневые, зеленые, красные. На груди у каждого была красная, как огонь, лента. Знаменосец держал трепетавшее на ветру красное шелковое знамя — с красными кистями, с золотым соёмбо — символом свободы и независимости монгольского народа.
Алое знамя, покрытое неувядаемой славой боевых походов! Под ним монгольские воины сражались и побеждали вооруженного до зубов врага, иногда во много раз превосходившего их числом. И гамины и белогвардейцы не раз испытали на себе разящую силу народной армии. И вот она, победоносная, выступает стройными рядами под шелком алых знамен, под эмблемой свободы и независимости.
Тысячи горящих глаз были устремлены на простое мужественное лицо легендарного полководца, организатора и вождя Народной партии и подлинно народного правительства. Это он в годину грозных испытаний, когда решалось будущее монгольского народа, связал его судьбу с судьбой страны Советов, поверил в победу великого героического русского народа, ведомого гением Лепина. Он поверил в нее тогда, когда вся американская, английская и китайская печать предвещали близкий и неизбежный крах советской власти.
Сухэ-Батор с удовольствием смотрел на жителей столицы, вышедших навстречу народной армии. На открытом мужественном лице сияла радость.
Звучала "Шивэ Кяхта" — песня о первой победе народной армии. Ее сложил пулеметный расчет после взятия Кяхтинской торговой слободы. Песню начал хуурчи Гавар, ее подхватил весь расчет, а сейчас победную песню пела вся колонна. Ургинцы с восторгом слушали.
Потом зазвучала новая мелодия. Это играл ехавший в строю автор песни "Аэроплан" Дугаржав. Солдаты дружно подхватили:
Вечером молодежь на улицах города распевала первую песню цириков народной армии.
Книга стихов
Сухэ-Батор, выбирая место для размещения правительства, остановился на доме бээса Цогтбадмаджаба из рода Баатад, знаменитого в истории Монголии. Предки бээса жили у берегов Хухунора. Дом был европейского образца, с большим двором и пристройками. С Цогтбадмаджабом, потомственным военным, Сухэ-Батор был знаком еще со времени службы в Хужир-Булане. Сухо-Батору предстояло отправиться в Зеленый дворец на северном берегу Толы, нанести визит богдо-хану. В период борьбы за освобождение Монголии с иноземными империалистическими захватчиками, с войсками белогвардейских банд барона Унгерна, когда нужно было просить помощи у страны победившего Октября, потребовалось письмо с печатью хана Монголии, и Сухэ-Батор получил его с помощью находчивого учителя Жамьяна, состоявшего в революционном кружке и в свое время научившего Сухэ-Батора грамоте.
Нужно было ехать к богдо еще и потому, что продолжало существовать "ургинское восстановленное правительство" наряду с Временным народным правительством, созданным после победы народной армии.
