Мать пришла вечером – весёлая, с лёгким водочным запахом, пожарила картошку, нарезала копчёного сала, нарвала зелёного лука.
– Мам, ты где была?
– Как где? На отсевной.
– Ты же сказала, что не поедешь…
– А я передумала и поехала!
Вскоре пришёл черноусый дядька – тот самый, что в первый день Мишкиной работы спрашивал у Николая Фёдоровича триста четвёртый подшипник.
Мать обрадовалась:
– Мишка, познакомься – это Лёша, для тебя дядя Лёша или Алексей Николаевич. Он с бригадой строит за током сенажные башни.
– Директор ваш размахнулся! Семь штук построим! – сказал, улыбаясь, дядя Лёша и вытащил из внутреннего кармана бутылку водки. – Садись с нами, Михаил! Выпьем за знакомство.
– Со всеми за знакомство пить, сопьёшься! – мрачно сказал Мишка.
– Сыночек у меня не пьёт, – поспешно сказала мать. – Он молодец, я им горжусь. Ну давай, Лёша! За всё хорошее, за урожай!
Они пили водку, ели картошку с салом и радостно разговаривали. Мать, счастливо улыбаясь, лучила на черноусого гостя синие глаза и накручивала на палец золотую прядь.
Мишка не знал куда себя девать и был рад убраться из дома, когда пришла пора идти за коровами. На душе было погано.
– Послушай, Михаил! – сказал черноусый дядя Лёша, когда Мишка вернулся со своей и соседской коровами. – Ты не рад мне, я тебя понимаю. Но допусти на минутку, что я имею добрые намерения. Твоя мать изумительная женщина. Она прекрасна, я полюбил её с первого взгляда. Она ещё молода, разве она не заслуживает счастья? Ей тоже хочется жить на всю катушку. Зачем же лишать её этого права? А я тебе клянусь, что сделаю всё, чтобы она была счастлива.
– Как же вы хотите сделать её счастливой? Осенью закончите собирать башни и уедете домой…
– Почему ты думаешь, что я не возьму её с собой? Я обязательно заберу её отсюда.
– Разве у вас нет…
– Ты хочешь спросить нет ли у меня семьи? Есть, Михаил, но мы разошлись с женой. Она уже три года живёт с другим человеком. Ничего общего у нас больше нет. Я оставил ей нашу квартиру и вступил в кооператив. Так что жильё у нас с Ниной скоро будет. Пойми, не место ей здесь! Мать у тебя драгоценный камень, только его надо оправить и показывать людям. А здесь её красоты и не поймёт никто. Правда?
Мишка согласился и ему захотелось верить дяде Лёше.
– У меня, Михаил, и дочь есть Леночка – твоя ровесница, в этом году в институт поступила. Она хорошая, красивая и характер добрый. Тебе понравится. Закончим с башнями, повезу вас с матерью знакомиться с ней.
– Когда вы с башнями закончите, я пойду служить в армию.
– У меня есть знакомые – очень влиятельные люди – я с ними поговорю, они могут сделать отсрочку. Если хочешь…
– Нет, не хочу! – сказал Мишка.
– Не хочешь – как хочешь, – пожал плечами дядя Лёша.
Вечером мать, оставшись с ним наедине, сказала:
– Мишка, прости ты меня и пойми. Страшно сознавать, что жизнь прошла и впереди, кроме смерти, ничего не будет. А, Мишка? Может мне всё же повезёт? Бывает же чудо! Должно же мне когда-то повезти! Ну не худшая же я на этом свете!
– Мама! Да не против же я! Делай, как тебе лучше! Я буду только рад.
И Мишка перешёл ночевать в сени. Хорошо, что лето.
Глава 5. Сад
Прошло несколько недель. Все в совхозе уже знали, что «Нинка Петрова живёт с бригадиром шабашников, которые строят сенажные башни». Злые люди на это поганенько ухмылялись: «С кем она только не жила!», а добрые сочувственно помалкивали.
Бабка Ульяшка вздыхала: «Дай-то бог, дай-то ей бог!», а искренне любивший Нину дед Ероха, говорил Мишке:
– Ты, Михаил, мать не осуждай! Не наше это мужицкое дело женщин судить! В твоей матери всё красиво! Она как та Анна Григорьевна из картины «Три тополя на…» этой, как её…Плющихе. Как приехала, у нас светлее стало… Ну а это… Понимать надо! Она живой человек! Человек рождён для счастья, а женщина прежде всех! Главное, чтобы не обманул её этот…
А «этот» (дядя Лёша) называл мать «моя золотая» и говорил, что зимой они поженятся и уедут в город:
– У меня там отделывается трёхкомнатная кооперативная квартира за десять тысяч. Я хотел купить однокомнатную за три, а потом подумал – не век же мне бобылем ходить. И не ошибся – чувствовал, что есть на свете женщина, которая мне предназначена! Ниночка моя ненаглядная, как хорошо, что я тебя встретил!
И он при Мишке, целовал мать в её золотые волосы, синие глаза и разлётистые брови.
В одно из воскресений он съездил в Город посмотреть, как отделывается квартира, вернулся довольный, чуть выпивший и подробно описал их будущее жильё: паркет в комнате, плитку в ванной, обои, которыми оклеены стены.
Мать сияла от счастья, а Мишка чувствовал в груди камень.
Однажды встретился в магазине с батей. Он, как обычно покупал «красненькую».
– Что, сынок! Мамка-то опять замуж вышла!? – сказал он, глумливо улыбаясь. – Передавай ей привет! Говорят, видный мужик. Пусть получше его кормит: они любят на халяву повкусней, да побольше! Да скажи ей: батя, мол, хорошо живёт. Комбайн ремонтирует, хлеб будет убирать! Есть ещё порох в пороховницах!
