Служанка чуть задумалась, а потом кивнула.
— Да, я видела ее вчера. Она выходила из башни воронов, видимо, отправляла очередное письмо, а потом заперлась в своих покоях. Служанка, которая носит ей еду, сказала, что та даже не открыла ей, велев поставить все у дверей. — Я весьма заинтересованно слушала свою спутницу, заодно мотая на ус, каким способом связи пользуются в моем «родном» королевстве. Вороны вместо голубей — замена казалась мне разумной. Я, как-то будучи в зоопарке, еще совсем мелкой, видела там воронов, гордо восседающих на массивных ветках-жердочках. Мощный клюв, острые когти и внимательный, пристальный взгляд глаз-бусинок впечатлили меня до глубины души. А когда уж после основной экскурсии для детей устроили маленькое представление, и гигантская птица считала простенькие примеры, а потом — носила между детьми яблоко, когда дрессировщик называл ей наши имена, я окончательно убедилась в правдивости расхожего мнения о недюжинном интеллекте этих птиц. «Стоит заглянуть в эту башню, хотя бы ради интереса», — решила я.
Мы вышли из замка и оказались на просторном, мощеном камнем дворе, который сейчас был практически безлюден, если не считать меня, Миры и моего учителя фехтования. Мужчина, хмыкнув, все еще недовольным, но уже без прежнего гнева, взглядом скользнул по моей служанке, что моментально насупилась и даже словно бы сделала полшага вперед, закрывая меня, аки храбрая курочка, прячущая своего цыпленка от дворового кота. Я, с трудом сдержав смех, шепнула женщине, что все будет хорошо.
— Ну не съест же он меня, право. Мы же уже занимались, — напомнила я Мире.
— Занимались, ага. А потом вы чуть не плакали от синяков, — парировала мне Мира. Я чуть прикусила язык, а потом вздохнула. Да-а-а... зачем же ты, Эвелин, потребовала себе учителя фехтования, если синяков забоялась?
— Ну, то было тогда, и было моей прихотью. А теперь это надобность. Хотя горячую ванну после тренировки я хочу принять в обязательном порядке. Мне еще с отцом завтракать...
Служанка закивала и, бросив на прощанье подозрительный взгляд на рыжебрового мастера меча, шустро сбежала со двора, а я, наоборот, прошла в его центр, к своему наставнику.
Повисла пауза. Я понятия не имела, как выкрутиться из ситуации, что я не знаю его имени. Мужик просто молчал, осматривая мою царственную персону. Стоять было холодно, пар изо рта не внушал оптимизма, а небо медленно светлело.
— Может быть начнем? Разминка, пробежка? — переступив с ноги на ногу, я помахала деревянной имитацией меча. Молчать мне надоело. Две рыжих гусеницы, притворяющиеся бровями на лице моего учителя, медленно, но неотвратимо поползли куда-то на его лоб.
— Принцесса желает бегать? — зачем-то уточнил мужчина. Я тяжело вздохнула.
— Принцесса желает учиться. Учиться фехтованию по-настоящему, а не так, как она училась до этого, от баловства и собственной вредности. Прошу вас, мастер меча, давайте начнем с начала. С самого начала, — я сделала самую умоляющую рожицу, на какую только была способна, и, кажется, это возымело успех. По крайней мере, мой наставник, снова окинув меня взглядом, усмехнулся и, велев мне положить меч на землю, приступил к первой части моей тренировки — к разминке. Сказать, что это было познавательно для меня, это не сказать ничего. Очевидно, здоровый образ жизни, конная езда и какие-никакие тренировки наложили свой отпечаток на это тело — оно было в меру сильным, с хорошей осанкой, но совершенно не гибким и уж точно не ловким и не выносливым. Да, Эвелин понятия не имела, что такое йога, латинская программа бальных танцев или стретчинг, и я это прочувствовала каждой клеточкой тела. Повторяя все эти наклоны, выпады ногой с поворотом корпуса, прыжки, я старалась не обращать внимания, как собственная коса бьет меня по спине, как предательские капельки пота скапливаются на лбу и как начинают дрожать коленки. Наставник, казалось, не замечал моего страдальческого пыхтения. И только один раз, поймав его взгляд, я поняла — он
Перед глазами чуть потемнело, и я, сделав очередное приседание с прыжком вверх, раскинула руки в стороны, пытаясь поймать равновесие и успокоить вдруг закружившуюся голову. Наставник переменился в лице; осторожно протянув руку, он поймал меня за локоть.
— Ваше Высочество?
— Дальше, — сцепив зубы, я прогнала предательские мушки перед глазами и зло вперилась в мужчину взглядом. Тот, помолчав, отпустил меня и коротко поклонился.
— Прошу меня простить. Я вел себя неподобающим образом. Если вы позволите, я бы предложил вам восстановить дыхание, пройдясь по двору, и выпить немного воды. А после этого мы приступим к упражнениям с мечом.
