Внезапно полог палатки отогнулся в сторону, и внутрь ужом проскользнул Лейв. За ним следом, неуклюже нагнувшись, пролез и Бьерн, морщась от боли: плечо его было туго перемотано бинтами, а левая рука висела на перевязи. Вид у обоих друзей был донельзя усталый, грязный и взмыленный.
— Все сделали, как ты просил! — прямо от порога выдохнул Лейв, запихивая руку за пазуху и вытаскивая оттуда свою трубку. — Едва успели все разузнать в этом хаосе! — он покачал головой. — Все носятся, как ненормальные, мешаются под ногами, жуть. Попробуй узнай тут хоть что-нибудь.
— И что же вы узнали? — вздернул бровь Кирх, неодобрительно глядя на Лейва.
Он до сих пор еще злился на него за то, что с его легкой руки выгорела половина лагеря. На взгляд Тьярда, это была самая маленькая из всех их проблем. Это даже играло им на пользу: сгорели шатры нескольких Старейшин, и все утро они были заняты тем, что заставляли кортов и вельдов ковыряться в пожарище и вытаскивать из толстого слоя пепла принадлежащие им ценности. Потом Тьярд приказал прекратить это и бросить людей на помощь раненым. Это подняло его авторитет в войсках, а заодно и поставило на место Старейшин. Правда, он не знал, сколько ему это будет стоить сейчас, на грядущем Совете. Одним из пострадавших был Батольд Румах, а этот жирный хряк вечно только и делал, что брюзжал и жаловался, отклоняя все предложения царя Ингвара просто из принципа, даже если в душе считал их правильными.
— Разобраться было сложно, должен признаться, но кое-что мы нашли, — заговорил Лейв, присаживаясь на ковры возле Тьярда.
Бьерн, морщась, опустился рядом. Он был бледен и выглядел донельзя уставшим, но отказался остаться в лазарете с братом, настояв, что будет с Тьярдом до конца, и перечить тот ему не мог.
Зажав трубку в зубах и приняв важный вид, Лейв начал.
— Значит так. Народу, как ты понимаешь, во время нападения погибло много, но ведуны старались держаться вместе, чтобы легче было отбиваться. И если Рагмар Белоглазый говорит, что во время атаки с ним вместе сражались все ведуны Белого Дома за исключением двух, которые погибли в самом начале нападения на его глазах, то вот Черный Дом не досчитался двоих: Ульха и Бруго.
— Так я и думал, — кивну Тьярд, а Кирх прищурился:
— Ну, Ульх — понятно, он, скорее всего, всю эту кашу и заварил. А вот с Бруго что?
— Я поговорил кое с кем из наездников, — прогудел рядом Бьерн. — Они говорят, что в последние месяцы Бруго регулярно заходил к Ингвару, как для отчета. А вчера вечером его видели недалеко от шатра начальника стражи, там же, за несколько минут до него, был и Ульх. Похоже, царь приставил Бруго шпионить за Ульхом.
— Вот как, — Кирх задумчиво потер подбородок.
— И теперь Бруго пропал, так? — уточнил Тьярд.
— Да, — кивнул Бьерн.
— Кто-нибудь видел его после того, как он последовал за Ульхом к шатру начальника стражи? — спросил Тьярд.
— Нет, — покачал головой Бьерн. — И после этого тоже.
Тьярд переглянулся с Кирхом. Лицо того было мрачным.
— Полагаю, что Ульх убил Бруго, — негромко проговорил Кирх, и Тьярд согласно кивнул. — Возможно также, что Ульх бежал из лагеря, устроив атаку макто, а Бруго пошел по его следу.
— Что с макто? Может, кого-то из них недостает? — взглянул на Бьерна Кирх.
— Это очень сложно проверить, сам понимаешь. Часть из них мертва, часть заснула вразнобой по лагерю, — Бьерн пожал плечами. — Вряд ли мы сможем отследить их всех.
— Это и не нужно, — покачал головой Тьярд. — Когда мы шли к посадочной площадке, отец приказал всем оставаться на земле и пригрозил, что собьет любого макто, поднявшегося в небо без спроса. Учитывая, в каком он находился настроении, вряд ли кто-либо из стражников рискнул выдать Ульху макто даже под страхом смерти. А потом все ящеры взбесились, и уйти верхом на них он уже не мог. Так что поищите, может, кто из кортов сообщит о пропаже лошадей.
— Хорошо, Тьярд, — кивнул Бьерн, но без особого энтузиазма. Тьярд и сам понимал невыполнимость собственного задания: во время атаки множество лошадей разбежалось от страха, корты сейчас собирали их в окрестностях лагеря. Не говоря уже о том, что сейчас здесь собрались все каганаты, и лошадей было столько, что заметить пропажу одной или двух было практически невозможно.
— Учитывая, что Ульх крутился вокруг шатра начальника стражи, где были и мы, то он мог кое-что слышать, — заметил Лейв, попыхивая трубкой. — Например, как мы обсуждали лекарство от дикости Бьерна. Он запросто мог выкрасть его и подмешать царю, и это и вызвало такой внезапный всплеск его дикости.
— Как-то слишком сложно для Ульха, — поморщился Кирх.
В ответ Лейв громко фыркнул, демонстративно медленно вытащил из-за пазухи мокрый и грязный мех и протянул его Тьярду.
— Вот — мех царя, который я нашел на месте его вчерашнего падения после драки с анай. Тот самый, из которого он пил перед началом всего этого кошмара. Приглядитесь, там что-то светится по самому краю горлышка, да и пахнет соответствующе. А ты, Кирх, проверил бы свои запасы. Вдруг чего пропало.