Тон Лейва был настолько саркастичным, что Кирх моментально вспыхнул, заворчал под нос ругательства, но в сумку полез. Тьярд принял из рук Лейва мех отца и внимательно осмотрел горлышко. На нем, и правда, виднелись тонкие золотые разводы, да и пах он слишком терпко для вина. Видимо, отец был настолько разъярен, что не заметил этого. Через несколько мгновений недовольный голос Кирха подтвердил версию Лейва.
— И правда, одного пузырька нет!
— Бхарин выродок! — прорычал Тьярд, отбрасывая мех в сторону. — Отравил царя, вызвал бешенство макто и сбежал! И где его теперь искать?
— Ведомо где. В Бездне Мхаир, — хмуро буркнул в ответ Бьерн.
Друзья переглянулись. Тьярд чувствовал невыносимый прилив ярости. Мелкий гаденыш ведун отравил его отца и гнусно сбежал, и скорее всего, к своему господину, чтобы возглавить вторжение Неназываемого в земли Роура. Из-за него и его проклятой злости погибло столько макто и людей, а царь впал в кому, не реагируя больше ни на что. Из-за него Вильхе Тьярда сейчас сидел где-то посреди лагерной улицы и не шевелился, и царевичу оставалось только гадать, очнется он когда-нибудь или нет.
— Ульх умрет, — тихо пообещал Тьярд, твердо глядя на своих друзей. — За все, что сделал. Доказательства у нас есть, и Совету их будет предостаточно. Сейчас наша главная задача — убедить их заключить мир с анай.
Друзья ответили ему серьезными кивками. Лица у них у всех были донельзя усталыми, но решительными. Тьярд оглядел всех и вознес тихую молитву Иртану. Благодарю тебя за то, что я сейчас не один.
Потом в палатку просунулась голова одного из стражников, и он объявил:
— Сын Неба, прибыли Старейшины на Совет, который ты созывал.
— Впусти их. — Тьярд развернул плечи и приготовился к бою. — Пора начинать.
Метель не на шутку разгулялась в последние дни. Бесконечное небо Роура просыпалось вниз тоннами снега, и казалось, что весь мир побелел. Не было больше ничего вокруг, только бескрайнее снежное море. Иногда Эрис казалось, что они летят не сквозь снег, а через одно огромное бесконечное облако. Или даже через белый гребень гигантской волны, оставляющий на лице и теле крохотные ледяные точечки брызг. Словно сама природа стремилась очистить все, отмыть, отбелить, содрав с собственного тела всю скверну и тьму. Только вот ей это не слишком хорошо удавалось.
Сзади со спины накатывали и накатывали черные волны скверны. Даже несмотря на сильный восточный ветер, сносивший вонь прочь, Эрис все равно чувствовала себя так, будто в спину постоянно кто-то выплескивает одно за другим ведра гнилых помоев. Армия дермаков, идущая попятам, не давала думать ни о чем другом, постоянно напоминая о себе, нависшая смутной угрозой и готовая вот-вот обрушиться на них. И от этого Эрис зябко куталась в свою тонкую осеннюю форму, хотя даже пронзительные зимние ветра не могли заставить ее почувствовать холод.
Как могла, она старалась сделать продвижение отряда быстрее. Эрис постоянно находилась в состоянии глубокого единения со штормовыми ветрами, отгоняя прочь от своих спутниц мешающие лететь воздушные потоки, холод и снег. Благодаря этому, они двигались достаточно быстро, прямо наперерез метели, с той же скоростью, с какой летели бы над Роуром и в штиль. Эрис оставалось лишь надеяться, что огромная армия дермаков за их спинами ползет все-таки медленнее, пробираясь сквозь сугробы и глубокий снег, вынужденная передвигаться только в темное время суток, а в светлое укрываясь где-то от солнечных лучей, пусть и скрытых тучами. Правда, и темное время суток сейчас длилось дольше светового дня, но анай все равно летели быстрее. И должны были успеть, во что бы то ни стало.
На организацию лагеря благодаря Найрин у них уходило совсем немного времени. Разведчицы во главе с Утой, помня о наступающих холодах, прихватили с собой из Серого Зуба только плащ-палатки, чтобы укрываться самим, и естественно, что на арестанток их не хватило. Поэтому каждый вечер нимфа переплетала снежные потоки, заставляя их наметать на ровном одеяле степей что-то вроде большого снежного дома с крышей, в котором было достаточно тепло и просторно, чтобы в уюте поместились все. Разведчицы разводили внутри огни Роксаны, и буквально через несколько минут помещение прогревалось уже достаточно, чтобы чувствовать себя вполне комфортно. Запас еды у них с собой тоже был: не слишком большой, правда, но пока всем хватало. А воды вокруг было предостаточно: топи себе снег в котелке, да пей.