Кирх выбежал из-под прикрытия колпака, пригнулся и ринулся навстречу Тьярду, отчаянно зовя его по имени. Сын Неба вздрогнул и потащил Бьерна им навстречу. А Дитр только медленно шел вперед, с трудом передвигая ноги, обливаясь потом и поглядывая на небо. Пока еще никто из макто не заметил бегущих через пустырь фигур. Иртан, молю тебя, сделай так, чтобы и не заметили!
Бог услышал его молитвы. Почти ползком Сын Неба, Бьерн и Кирх достигли колпака, и Кирх сразу же перехватил полубездыханного Хранителя Памяти. От усталости ноги под Дитром едва не подломились, но он сжал зубы, шагая дальше. До края лагерных палаток осталось не больше пятидесяти шагов.
— Где Лейв? — крикнул Кирх, обращаясь к царевичу.
— Взрывает лагерь, — буркнул тот, сразу же поворачиваясь к Хранителю Памяти.
— Что? — заморгал Кирх, но Тьярд уже заговорил, не слушая его:
— Хранитель, царь открыл свой глаз, и все макто сошли с ума. Скажи мне, что делать, чтобы это остановить?
Верго только едва слышно пробормотал:
— Стяги в высоком небе… снежное поле и багровая сила… предрешено…
— Что? — Тьярд отчаянно подался вперед, заглядывая в лицо Верго. — Что ты говоришь, учитель?
В ответ Верго только невнятно застонал.
— Он сильно ударился, когда на нас рухнул тент, — торопливо проговорил Кирх, почти бегом волоча Хранителя Памяти вперед. — Вряд ли он сможет сейчас сказать что-то внятное.
— Проклятье! — прорычал Тьярд.
Их слова все менее четко доходили до разума Дитра. Алое горячее измождение накрыло его, словно давешний тент, и он почувствовал, что падает, выпуская Связь с Источником. Когда ледяной снег коснулся лица, Дитр еще успел улыбнуться: он упал как раз между двух палаток переднего ряда, а это значило, что он справился.
В дикой руке дергало и жгло, болел ожог, полученный от загоревшейся палатки, которая рухнула прямо на них с Лейвом, пока они пробирались в сторону царского шатра, но Бьерн не обращал на все это никакого внимания, сейчас было не до того. Мир вокруг превратился в проклятый хаос, состоящий из огня, вопящих людей, крушащих все ящеров, крови и смерти. Клянусь Богом, больше всего это похоже на Конец Мира! Наверное, так оно и было, во всяком случае, для вельдов. Если сейчас макто не остановить, через несколько часов от их расы не останется ничего, только пепел да окоченевшие трупы.
Вдруг идущий впереди брат как-то неестественно вздрогнул и без сил упал на землю. Бьерн бросился к нему, но подхватить не успел.
— Что такое? — напряженно спросил Тьярд за его спиной.
— Жив, но без сознания, — пощупав пульс, сообщил Бьерн. — Но он довел нас.
Они быстро забежали в тень еще уцелевших шатров на краю лагеря и укрылись за одним из них. Бьерн подтащил туда же брата, подхватив его под плечи.
— Что толку? — горько спросил Тьярд, глядя, как Кирх усаживает Верго, прислоняя его к боку палатки. Губы Хранителя Памяти шевелились, но сам он был явно не в себе, полузакрытыми глазами глядя перед собой. — Я надеялся, что Хранитель Памяти даст ответ, что нам делать, но видишь, как оно все сложилось…
Бьерн только пожал плечами, осторожно пристраивая брата рядом с Хранителем. Недалеко от них укрылись и стражники, положив носилки с бездыханным товарищем на землю и затравленно оглядываясь по сторонам. Забавно, они были единственными вельдами, которых Бьерн видел за этот вечер, что не удивились крыльям за плечами Сына Неба. Судя по всему, они их даже и не заметили в этой Бездне Мхаир.
Издалека громко бухнуло, а потом в небо взметнулись языки пламени. Бьерн взглянул туда. Возможно, это Лейв взрывает палатки, подпалив содержимое бутылок с бренди. Боги, только останься в живых, придурок! Только выживи! Кажется, я понял, в чем все это время был неправ. Бьерн зачерпнул пригоршню снега и отправил в рот, жадно глотая холодную влагу и морщась от боли в деснах. Теперь Иртан наглядно демонстрировал ему, зачем стоит жить. У них оставалось так мало времени, так ничтожно мало времени друг для друга, и теперь Бьерн точно знал: не стоило тратить его на бесполезные переживания, что он может причинить вред Лейву. Он мог умереть в любую секунду и хотел умереть счастливым, зная, что провел свои последние часы не зря.
— Но ты же не собираешься сдаваться? — голос Кирха был хриплым и надтреснутым, звенел от напряжения.
Бьерн взглянул на него. Сын Хранителя расправил плечи и смотрел на Тьярда с таким ожиданием, такой твердой верой, что и Тьярд непроизвольно выпрямился.
— Нет, — покачал головой он. — Раз уж нет другого выхода, тогда я убью Ингвара.
— Иртан милостивый!.. — вскричал один из стражников, и оба они воззрились на Тьярда так, словно только что разглядели его.
Кирх молчал, сжав зубы, и в глазах его разливалось понимание. А Бьерн только взвесил в руке залитый кровью цеп. Сегодня он уже убил одного макто, попытавшегося накинуться на Лейва, убил жестоко и быстро, проломив его длинную шею цепом. Я уже два раза отнял жизнь у макто. Какая разница теперь, если я убью вельда, пусть это будет и сам царь Небо? Все это ничто.
