— Бьерн! — Тьярд повернулся к нему, и тот кивнул, поднимаясь на ноги. — Пойдешь со мной. Остальные остаются здесь. Позаботьтесь о раненых.
Кирх резко подался навстречу Тьярду и крепко поцеловал его. Бьерн смущенно отвернулся: вельды редко позволяли себе такие яркие проявления чувств. Сын Неба сжал в объятиях Кирха, резко отпустил его и бросился в сторону между палаток, крикнув:
— Пошли, Бьерн!
Вдвоем они быстро бежали вперед мимо горящих палаток, обрушившихся шатров, гигантских туш макто, лежащих на земле без движения, бежали, спотыкаясь о вывернутые из земли крепежные колышки и тела вельдов, поскальзываясь на подтаявшем от крови снеге. Спина Тьярда с плотно прижатыми к лопаткам крыльями маячила прямо перед Бьерном, и тот на миг подумал: каково это — идти убивать собственного отца? Потом громкий рев макто разрезал ночь, и длинный черный хвост врезался в палатку слева от них, сметая ее прочь.
Бьерн откатился в сторону, услышав, как с треском ломается поддерживающий купол палатки шест, со скрежетом падает жаровня. Парусина, накрывшая ее, моментально задымилась, и прямо из дыма на них выступил макто, шагая по обломкам шатра. Голова его низко пригнулась к земле, из пасти хлопьями падала пена, глаза приглушенно светились алым, и за ними перекатывалась кровь. Бьерн судорожно заскреб руками по земле, пытаясь подняться на ноги. Макто зашипел, оскалив зубы, но в следующий миг парусина вспыхнула, и языки пламени обожгли его низко пригнувшуюся к земле морду. С криком боли макто отдернулся назад, а Бьерн вскочил на ноги и бросился к Тьярду, который тоже поднимался с земли.
— Бежим! — крикнул Бьерн, хватая его под руку и волоча за собой следом.
— Это был Вильхе, — вдруг приглушенно сказал Тьярд.
Бьерн обернулся на него. Измазанное в копоти лицо Тьярда было удивительно отстраненным и слепым ко всему.
— Это был Вильхе, — тихо повторил Сын Неба, запинаясь на ровном месте.
Бьерн схватил его за плечи и сильно тряхнул, так, что голова Сына Неба мотнулась из стороны в сторону.
— Ну и что? — рявкнул он в лицо Тьярду. — Да, это был Вильхе! Радуйся, что он жив! Как только мы остановим Ингвара, к нему вернется разум! А теперь беги!
Тьярд как-то нервно закивал в ответ и устремился за ним следом, собираясь прямо на глазах. Лицо его стало твердым, да и копье он теперь сжимал в руке более уверено. И то хорошо. Бьерн прекрасно отдавал себе отчет, что один на один с обезумевшим царем вельдов не справится. А вот Тьярд, который сражался очень хорошо, мог сыграть решающую роль в их поединке.
Пригибаясь к земле, Бьерн выискивал глазами в стороне от лагеря царя. Тьярд говорил, что Ингвар хромает и идет медленно, а это значит, что он только-только должен был подходить сюда. А потом, вывернув из-за очередной палатки, он охнул и резко сдал назад. Прямо перед ним стоял царь, а за его спиной высился громадный силуэт черного как ночь Ферхи.
Макто стоял на задних лапах, выпятив грудь и угрожающе расправив крылья. Голова его поднималась высоко над палатками на хищно изогнутой шее. На черной как ночь чешуе мерцали отблески пламени, из раскрытой пасти капала пена, между длинных острых клыков прорывалось грозное, трудное рычание. Рядом с ним высился Ингвар, развернув плечи и оглядывая ничего не видящими глазами разрушения, учиненные в лагере. Бьерн сглотнул, глядя в лицо царя. Его дикий глаз был открыт и приглушенно светился цветом свежей крови.
Царь и макто стояли чуть в стороне, в пол оборота к Тьярду с Бьерном, и пока еще не заметили их. Бьерн скосил глаза на Тьярда, чувствуя леденящий ужас, скручивающий его внутренности в кулаке. Сын Неба был бледен, на его щеках проступили желваки, но взгляд был решительным.
— Берешь на себя Ферхи, а я выйду против царя, — хрипло проговорил он, не глядя на Бьерна. — Готов?
Сил отвечать у Бьерна не было, потому он просто кивнул, чувствуя, как на миг замирает сердце. А потом они вдвоем выбежали из-за палатки и бросились вперед.
Бьерн сразу же приказал себе забыть про царя и целиком сосредоточиться на макто. Тьярд справится, он должен справиться, кроме него никто другой этого сделать не может. А Бьерн поможет ему, отведя бестию в сторону. Потому он отбежал Ферхи за спину, стараясь двигаться как можно тише.
Вокруг так грохотало, что Ферхи не услышал его приближения. Бьерн заметил, что седло царя все еще у него на спине, а оборванные поводья болтаются у шеи. Правда, крепления для ног тоже были оторваны, но седло все еще держалось, и это давало Бьерну шанс. Глубоко вздохнув, он разбежался изо всех сил и прыгнул.
Под ногами мелькнул длинный хвост макто, свернутый в кольцо. Бьерн размахнулся со всей силы двумя руками и ударил цепом по седлу. Огромный истыканный шипами шар обрушился на спину макто, и тот с протяжным ревом просел на землю, а Бьерн моментально вырвал цеп и уселся в седло.
