Эрис вскинула голову, глядя на то, как поднимается на ноги царевич вельдов. Все остальные тоже взглянули на него. Нагнувшись за бревно, он вытянул из-за него свое копье с наконечником, закрытым простыми деревянными ножнами. Любовно огладив рукой крепкое гладкое древко, Тьярд осторожно снял ножны с клинка и продемонстрировал его окружающим. На темной стали виднелись травленые символы: стилизованный трезубец и шестиконечная звезда.
— Это — копье Ярто Основателя, того самого, что увел вельдов из Кренена и основал город Эрнальд. Это — величайшая реликвия моего народа, отданная мне на хранение лучшим из людей, кого я знаю. Руки величайшей оружейницы сделали это древко и отполировали клинок с помощью волшбы, хоть он и не нуждается в этом. — Тьярд улыбнулся, глядя, как играет огненный свет на темной стали. В глазах его была нежность. — Это оружие создано с помощью энергии обоих Источников еще тогда, когда вельды и анай были одним народом. Его не нужно полировать, не нужно точить, и оно до сих пор не потеряло своей остроты. И сегодня, в знак вечного мира, что будет между нами до самого последнего дня, я отдаю его тебе, Лэйк дель Каэрос, — Тьярд ловко приподнял копье и положил его на ладони, протягивая Лэйк. Та встала ему навстречу, даже не моргая и пристально глядя в лицо вельду. Тьярд ровно встретил ее взгляд и проговорил со смешинкой в глазах. — Когда я впервые увидел тебя, то хотел убить на месте, не разбираясь. Тогда я нашел в тебе прекрасного соперника, великолепного воина, сражаться с которым было для меня честью. Когда правда о прошлом наших народов соединила нас, я нашел в тебе врага, и честью для меня стало бы умереть от твоей руки. И когда великие Боги открыли мне глаза, вернув крылья и мою жизнь, я нашел в тебе друга, и бесконечно дорожу этим. Возьми это копье. Пусть оно станет символом мира, как когда-то было символом войны. Пусть оно станет знаменем надежды на завтрашний день.
— Верго убьет тебя, — тихо пробормотал Кирх, качая головой, но на губах его была теплая нежная улыбка.
Эрис ушам своим не верила, раскрыв рот и глядя на то, как Лэйк склонила голову в знак почтения и приняла копье Ярто Основателя, бережно, обеими руками. Огладив древко ладонью, она хмыкнула и взглянула на Тьярда.
— Я клянусь тебе, Сын Неба Тьярд, что это копье никогда не прольет ни капли крови вельдов. — Тьярд согласно кивнул, а Лэйк продолжила: — Я бы и сама хотела кое-что подарить тебе взамен в знак мира.
Ее рука потянулась к ножнам долора на поясе, и Эрис забыла, как дышать.
— Что ты делаешь?! — почти что в истерике выкрикнула Саира. — Остановись! Немедленно остановись! Это же то, что делает нас анай!
— Не долор делает нас анай, Саира, — Лэйк повернулась к ней и посмотрела в глаза. Что-то такое было в ее лице, сильное и бесконечно светлое, наполненное такой мощью, что Эрис больно было смотреть. — Не наши обычаи, не наши традиции, даже не наша земля. Анай нас делает наша вера и наше упрямство. Я поняла это только сегодня утром, — Лэйк рассмеялась и покачала головой, задорно, как девчонка. — Тот камень, на котором написана история гринальд. На котором сказано, что Небесных Сестер не существует. Это он открыл мне глаза на все. Какая разница, по большому счету, существуют Они или нет? — Найрин ахнула, а Саира прорычала сквозь зубы проклятие, но Лэйк продолжала, не слушая их. — Дело не в этом. Дело в том, что мы верим в Них. Мы верим в себя, в завтрашний день, в наших детей, в солнце, что встает на небе, в огонь, согревающий наши дома, в воду, что пропитывает нашу землю и дает ей возможность плодоносить, в ветра, что приносят издали полные влаги облака. Мы верим в жизнь и в то, что она никогда не кончится, что бы ни случилось. В жизнь, а не в смерть, и именно это делает нас анай, а не какая-то железяка. — Лэйк взглянула на долор и вновь тепло улыбнулась, а потом поднесла к губам клинок и поцеловала его. Потом повернулась к Тьярду и посмотрела ему в глаза. — Этот кинжал — самое дорогое, что есть у анай. Он является символом ее жизни и ее народа, он заслуживается очень дорогой ценой. За мой долор отдала жизнь та, что заменила мне мани… мать по-вашему, — Лэйк с трудом справилась с незнакомым словом. — Его сковала лучший кузнец Каэрос, моя наставница и друг, Дара из становища Сол. Я отдаю его тебе, Сын Неба, в залог нашей вечной дружбы и клятвы. Не будет больше войны между анай и вельдами, пока существует этот мир. И если нужно будет, я жизнь свою отдам, чтобы добиться этого.
— Благодарю тебя, Лэйк дель Каэрос. Клянусь тебе, что этот клинок никогда не прольет крови анай. Я буду беречь его, как память о тебе и как знак вечного мира, — тихо проговорил Тьярд, улыбаясь и пожимая протянутую ладонь Лэйк.
— Да не может быть! — рявкнул Лейв, во все глаза глядя, как Тьярд с поклоном принимает клинок из ее рук. — Старый полоумный хрыч все знал! Знал, отца его за ногу!
— Конечно, знал, — улыбнулся ему Кирх. — Потому и заварил всю эту кашу.
