Я взяла в руки потрепанный временем том и вновь почувствовала ту самую магию, совершенно детскую. Открыла обложку и ахнула, увидев, кому она принадлежала. Альфред Карлайл. Мой настоящий отец.
– Как ты…
–
Той ночью мне снились самые странные сны. Я шла по старой итальянской деревне, жаркой и пыльной от летнего солнца. Потом вошла в прохладное темное здание, которое от пола до потолка было заставлено старыми книгами. Какой-то мужчина вручил мне ключ, а потом быстро, словно по волшебству, я вновь оказалась на Халф-Пенни-Лейн. В магазине была женщина, знакомая и незнакомая одновременно. Она сказала, что ждала меня. Что магазин ждал меня.
– Проснись, – велела женщина. – Просыпайся.
В утреннем свете я могла различить светло-русые пряди на подушке. Генри рядом со мной. Если он и был разочарован тем, что не нашел книжный магазин, то виду не подал. Узкий коридор привел нас прямиком в мою квартирку в подвале. Оказалось, это не секретный проход в другое измерение, а просто туннель для слуг или что-то в этом роде. Генри затащил меня в постель и сообщил, что он уже давно отыскал все, чего ему хотелось. Я тоже обрела куда больше, чем когда-либо мечтала… и все же ощущалась некая незавершенность.
– Дерево!
– Я не сплю, не сплю, – немедленно откликнулся Генри, притом что один глаз у него оставался закрытым, а волосы взъерошены.
– Оно исчезло!
– Ну и ладно… Сам факт того, что здесь растет дерево, с самого начала был странным, но, с другой стороны, это, конечно… Что ты делаешь?
Я очень быстро натягивала одежду.
– Давай, ты разве не пойдешь со мной?
Генри моргнул, а потом неохотно натянул джинсы. Я взбежала по лестнице вперед него.
– Э-э-э, Марта? Эти слова всегда были выгравированы здесь, на ступеньках? «В затерянном месте можно найти странные вещи», – крикнул он, но я обнаружила наверху нечто еще более любопытное.
Я ожидала, что попаду в прихожую дома № 12 по Халф-Пенни-Лейн, но вместо этого стояла в месте, в существование которого до этого момента не верила. Книжный магазин Опалин. Дневной свет проникал внутрь через стеклянную витрину, и в солнечных лучах сверкали пылинки, словно конфетти. Я едва осмеливалась дышать, боясь, что все это испарится. Понемногу я позволяла глазам привыкнуть к тому, что вижу. Деревянные шкафы, высокие, от пола до потолка, покрытые мягким зеленым мхом и увитые плющом по краям. Листья бесшумно опадали на плиточный пол, а над головой парили игрушечные воздушные шары. Казалось, это место только что пробудилось от долгого сна, как Рип ван Винкль, и стряхивало с себя оцепенение зимней спячки. Я моргнула, но оно не исчезло. В воздухе пахло теплым деревом, бумагой и сладкими золотистыми сентябрьскими яблоками. А еще тут было полно старинных книг и разных диковинок, и все они ждали нас.
Я вернулась домой.
Генри, поднявшись на площадку, столкнулся со мной, а потом принялся оглядывать все вокруг.
– Пожалуйста, скажи, что ты тоже это видишь, а значит, у меня не галлюцинации.
– Это все взаправду, Генри. – Я посмотрела на него и улыбнулась.
– Вижу, но не могу поверить, – прошептал он. – Как такое возможно?
Я глубоко вздохнула, а потом припомнила последние строчки из книги Опалин.
– Может, на самом деле книжный магазин не терялся. Может, потерялась я.
Я протянула руку, и он крепко сжал ее.
– Мы сделали это, – проговорила я. – Мы нашли книжный магазин.
Его улыбка казалась красивой и беззаботной, как у маленького ребенка.
– Ты посмотри. – Он указал на витражи в верхней части окон, не похожие ни на что виденное мной раньше и все же необъяснимо знакомые. – Это ведь…
Рисунок у самого края. Женщина с короткой стрижкой, одетая в длинное пальто и брюки, держится за руки с солдатом.
Дождь на улице закончился, и гряда серых облаков, нависших над городом комковатым пуховым одеялом, разошлась в стороны, открывая маленькие неровные окошки голубого неба.
– Это все правда? – спросил мальчик и не таясь сунул в карман одно печенье. На потом.
– Каждое слово, – подтвердила Марта. Она принялась перебирать конверты и письма, потому что пора было возвращаться к работе.
– А что случилось с домом и пожилой леди?
– Дом № 12? Он стоит, как и прежде, но теперь там живет кто-то другой.
Он покивал, будто это объяснение вполне удовлетворило его.
– Так в книге говорилось, что вы будете продавать книги?
На мгновение она задумалась.
– Да, полагаю, в некотором смысле это так.
Он насупил брови.
– Что такое?
– Жаль, что у вас нет книги, которая рассказала бы мне, чем мне заняться, когда я состарюсь.
– Когда станешь старше, – поправила Марта. – Кроме того, разве эта мысль уже не пришла тебе в голову?
– Что вы имеете в виду?
– Разве ты не знаешь уже, кем хочешь стать?
– А я знаю?
Она терпеливо кивнула.
– Разве ты не почувствовал, как твое сердце подпрыгнуло? В тот момент, когда я рассказывала тебе о Мэттью Фитцпатрике?
– А,
– Да. Это.
