Прежде чем задуть свечу, я прочитала последнюю строку, и именно она заставила меня принять окончательное решение. В книге была молодая женщина, которая однажды пришла в библиотеку, за много миль от своего настоящего дома. Там она прочитала рассказ о девочке, которая оказалась на развилке двух дорог и так сильно боялась выбрать неверную, что так и осталась там, на перепутье, забившись в дупло дерева. Через пару дней к дуплу подошла старая женщина и загадала ей загадку. Она спросила: «Что ты делаешь даже тогда, когда не делаешь ничего?» Ответ был прост – выбор. Решение не делать ничего – это тоже выбор, который мы совершаем.
Я решила не поступать в университет, потому что позволила страху взять надо мной верх. Но я не осознавала, что при этом я все равно делаю выбор, я выбираю оставаться там же, где и раньше. А это пугало еще больше.
Утром я позвонила в приемную комиссию и договорилась о собеседовании, уже через день. Я казалась себе одновременно преисполненной силы, испуганной и взволнованной. Теперь пути назад нет, заверила я себя, а потом выкинула это из головы и подала мадам Боуден завтрак. Как раз в этот момент в дверь кто-то позвонил. Я открыла с непринужденной улыбкой, которая немедленно сползла с лица, стоило мне увидеть, кто стоял за дверью.
Бежать было некуда. К тому же он выглядел как всегда, когда приходил каяться и обещал начать все с чистого листа. В руках он мял букетик цветов, и даже они казались тонкими, безжизненными. Я знала, что будет дальше, – мы столько раз разыгрывали этот спектакль, что я сбилась со счета. Тело придавило тяжестью, как всегда в его присутствии.
– Здор
– Что ты здесь делаешь, Шейн? – Он открыл рот, чтобы заговорить, но я перебила его: – Как ты меня нашел?
– Мой приятель ходил вчера весь день по магазинам с женой. Он тебя заметил.
– Где?
– На Графтон-стрит.
– Но тогда… – Я старалась прикинуть в уме. – Откуда он узнал, что я живу здесь? Твой приятель что… следил за мной? Это был Митч?
Можно было и не спрашивать, я точно знала, что это Митч. Лучший друг Шейна, который без проблем готов выслеживать меня по улицам Дублина.
– Слушай. – Он шагнул, и я немедленно отступила. Кажется, его это даже расстроило, будто он счел мой страх чрезмерной реакцией. – Марта, какая разница, как я тебя нашел?
– Большая. Думаешь, это нормально, что твои громилы следят за мной?
– Господи, Митч никакой не громила!
По улице прошла какая-то пара и настороженно покосилась на нас.
– Можем зайти внутрь? – спросил Шейн. – Слушай, я просто хочу поговорить.
Я не ответила. Хотелось сказать: нет, уходи прочь, никогда не возвращайся, забудь о моем существовании, притворись, что меня никогда не было, – но я не произнесла ни слова. Просто смотрела поверх его плеча на то, что происходит на улице.
– Твоей матери нездоровится.
Я резко повернулась к нему всем телом.
– Вот почему я приехал. Она просит тебя вернуться домой.
– Что с ней? Это серьезно?
– Должно быть, да, раз ее увезли в больницу.
– Господи! – Я невольно потянулась к крестику на груди. Кажется, у меня разом кончился воздух в легких. Голова закружилась, мир утратил черты реального. Здания, улицы, моя жизнь здесь, в Дублине, – все плыло. Шейн взял меня за руку, и я не отшатнулась, потому что это был Шейн. Он знал меня, а я его. Что бы ни случилось между нами, он приехал, искренне желая помочь мне. В его глазах я видела печаль – отголосок того горя, которое накрыло его, когда умер его отец. Он знал, что я чувствую. Он просто хотел помочь.
– Ладно, заходи, – сказала я и пошла по коридору к лестнице в подвал, но, когда обернулась, поняла, что он мнется на пороге. – Я живу в квартире внизу.
– Ух, милое местечко, а? – Он положил цветы на столик в коридоре и шагнул в сторону гостиной.
– Нет, тебе туда нельзя! – Но Шейн уже исчез из поля моего зрения, и, помедлив мгновение, я последовала за ним. Мадам Боуден не было дома, так что я решила, что нестрашно, если мы посидим в гостиной.
– Это был несчастный случай или она заболела? – спросила я.
– Что? О, кажется, рак.
Ноги подкосились, и я рухнула на диван. Это не может быть взаправду. Это какой-то кошмар наяву.
– Почему же она ничего не сказала мне?..
Я не ждала, что он ответит. Я пыталась разобраться в себе самой.
– Как бы она это сделала? Никто не знал, где ты, ты ведь даже записки не оставила. Марта, я так волновался за тебя!
– С чего тебе волноваться?
Этого говорить не стоило. По лицу я видела ясно, что эта реплика разозлила его. Почему-то в голове сама собой возникла картинка: Шейн хватает швабру и бьет, бьет меня снова и снова. Я инстинктивно обхватила себя руками, а он продолжал медленно прохаживаться по комнате.
– Впрочем, ты, кажется, неплохо устроилась. Могу понять, почему тебя не тянет обратно, к своей семье.
– Дело не в этом!
Все перемешалось. Выходило так, что теперь я доказывала, будто все еще люблю его, и все ради того, чтоб сохранить эту напускную вежливость. Однако я не просто не любила Шейна – я всеми фибрами души ненавидела его.
Я встала и направилась к дверям.
