– Сначала мне нужно сделать кое-что! – И она потащила меня к выходу из магазина.
– Куда мы?
– В колледж! У меня осталось всего пять минут, чтобы успеть записаться на курсы!
Как и планировалось, моя поездка началась с посещения Музея сестер Бронте. Само то, что я стояла там, где когда-то стояли они, смотрела на вересковые пустоши, вдохновившие Эмили, – одно это глубоко трогало меня. Дом возвышался подобно крепости, серость камней смягчалась большими створчатыми окнами. Я пыталась представить, каково было жить дочерям очень религиозного человека в этом доме, в этих диких и неприветливых местах. Молодые женщины, старые девы (вроде меня), игнорируемые миром мужчин и литературы, вкладывающие душу и страсть в свои произведения и скрывающиеся за мужскими именами – Каррер, Эллис и Эктон Белл. Я стояла там, одетая в брюки мистера Фитцпатрика и длинное пальто, как они, бросая вызов навязанным женщинам правилам поведения. К тому же брюки и пальто служили неплохой маскировкой на случай, если у Линдона и здесь найдутся шпионы.
После смерти Патрика Бронте все, что было в доме, продали с аукциона или раздарили жителям Хоэрта. Обществу Бронте посчастливилось собрать б
Шарлотта единственная из трех сестер вышла замуж. Ее муж, Артур Белл Никколс, был викарием, помощником Патрика Бронте, и его не слишком любили в деревне. Я читала, что он унаследовал все ее имущество после ее смерти, которая наступила всего через девять месяцев после свадьбы. Возможно, брак все-таки пришелся Шарлотте не по душе. Потом Артур вернулся на родину, в Ирландию, и женился на двоюродной сестре. Хонресфилдская библиотека приобрела многие рукописи и прочее, что попало в его руки, а потому я надеялась, что у них в архивах наткнусь на какую-нибудь зацепку.
Я решила пообедать в пабе – он был всего в паре минут ходьбы от жилья, которое я арендовала. Я заказала сытный пастуший пирог и села у окна, выпив в качестве аперитива рюмку джина. Хозяин паба оказался весьма осведомлен по части наследия Бронте. Туристы, приезжавшие посмотреть дом знаменитых сестер, приносили ему неплохой доход, так что он считал себя обязанным поведать все, о чем умалчивали кураторы музея. За обедом я читала биографию Шарлотты авторства Элизабет Гаскелл. К сожалению, все, что касалось Эмили, уместилось на одной странице. Однако там упоминалась некая Марта Браун – экономка, работавшая в доме священника. Пока сын хозяина паба убирал со стола, я заказала еще выпивки и спросила, не знает ли он что-нибудь об этой Марте Браун и о ее семье, ведь он сам из местных.
– О да, дочь могильщика. Она так и не вышла замуж, – с отчаянием в голосе проговорил он.
Я сделала еще глоток джина. И почему принято считать, что именно брак – ключ к счастью?
– Так что некому было присмотреть за ней, когда Марта Браун заболела.
Его воображение, должно быть, рисовало совершенно ужасную и безжалостную картину.
– Думаю, она умерла в одиночестве в маленьком доме.
И еще глоток. Мое собственное будущее внезапно представилось мне довольно мрачным.
– В этой книге сказано, что она унаследовала довольно много памятных вещиц, принадлежавших семье Бронте. Как думаете, кому из родственников перешло все это после ее смерти?
– О, мой дядя Джон ходил в школу с одним из ее племянников, так уж получилось.
Я даже захлопала в ладоши от радости. Вот он, след!
– А могу я поговорить с вашим дядей?
– Он умер в прошлом году.
– Ох, мне так жаль слышать это. – Я сложила руки на груди, словно бы в молитве за упокой души.
– Помню, он говорил, что два брата из Браунов держали книжный магазин в Лондоне. Один до сих пор там живет. Может, вам стоит там поспрашивать?
– Как замечательно! А как назывался этот магазин, не помните?
Он посмотрел наверх, припоминая.
– Э-э-э… «Книжный магазин Брауна»?
– Ну конечно. – Я протянула ему пару монет и отправилась домой.
