| The trees grew so thickly and their foliage spread so widely that I could see nothing of the moon-light save that here and there the high branches made a tangled filigree against the starry sky. | Деревья стояли такой плотной стеной, листва у них была такая густая, что лунный свет почти не проникал сюда, и лишь самые верхние ветки филигранным узором сквозили на фоне звездного неба. |
| As the eyes became more used to the obscurity one learned that there were different degrees of darkness among the trees-that some were dimly visible, while between and among them there were coal-black shadowed patches, like the mouths of caves, from which I shrank in horror as I passed. | Привыкнув мало-помалу к темноте, глаза мои начали кое-что различать в ней. Некоторые деревья все же виднелись в этом мраке, другие совсем тонули в угольно-черных провалах, от которых я в ужасе шарахался, так как порой они казались мне входами в какие-то пещеры. |
| I thought of the despairing yell of the tortured iguanodon-that dreadful cry which had echoed through the woods. | Я вспомнил отчаянный вопль обреченного на гибель игуанодона, разнесшийся по всему лесу. |
| I thought, too, of the glimpse I had in the light of Lord John's torch of that bloated, warty, blood-slavering muzzle. | Вспомнил и бородавчатую окровавленную морду, мелькнувшую передо мной при свете факела лорда Джона. |
| Even now I was on its hunting-ground. At any instant it might spring upon me from the shadows-this nameless and horrible monster. | Безымянное страшное чудовище охотится в этих самых местах. Оно может в любую минуту броситься на меня из лесной тьмы. |
| I stopped, and, picking a cartridge from my pocket, I opened the breech of my gun. | Я остановился, вынул из кармана патрон и открыл затвор винтовки. |
| As I touched the lever my heart leaped within me. | И вдруг сердце замерло у меня в груди. |
| It was the shot-gun, not the rifle, which I had taken! | Это была не винтовка, а дробовик. |
| Again the impulse to return swept over me. | И я снова подумал: "Уж не вернуться ли?." |
| Here, surely, was a most excellent reason for my failure-one for which no one would think the less of me. | Повод вполне достаточный, никто не посмеет сомневаться в причинах моей неудачи. |
| But again the foolish pride fought against that very word. | Но глупая гордость восставала даже против одного этого слова. |
| I could not-must not-fail. | Нет, я не хотел, я не мог допустить, чтобы меня постигла неудача. |
| After all, my rifle would probably have been as useless as a shot-gun against such dangers as I might meet. | Если уж на то пошло, так перед лицом тех опасностей, которые мне здесь, по всей вероятности, угрожают, винтовка окажется столь же бесполезным оружием, сколь и охотничье ружье. |
| If I were to go back to camp to change my weapon I could hardly expect to enter and to leave again without being seen. | Возвращаться в лагерь и исправлять ошибку не имеет смысла - второй раз мне не удастся уйти оттуда незамеченным. |
| In that case there would be explanations, and my attempt would no longer be all my own. | Придется объяснить свои намерения, и тогда инициатива уйдет у меня из рук. |
| After a little hesitation, then, I screwed up my courage and continued upon my way, my useless gun under my arm. | После недолгих колебаний я все же собрался с духом и двинулся дальше, держа бесполезное ружье под мышкой. |
