| Suppose I stole softly away, suppose I made my way down to the central lake, suppose I was back at breakfast with some record of the place-would I not in that case be thought an even more worthy associate? | Что, если я тихонько выйду из лагеря, найду дорогу к центральному озеру и утром вернусь с целым ворохом новостей? Ведь тогда акции мои поднимутся еще выше! |
| Then, if Summerlee carried the day and some means of escape were found, we should return to London with first-hand knowledge of the central mystery of the plateau, to which I alone, of all men, would have penetrated. | И если Саммерли заставит нас найти какой-нибудь способ выбраться отсюда, мы вернемся в Лондон с самыми точными сведениями о центральной части Страны Мепл-Уайта, где, кроме меня, не побывал никто. |
| I thought of Gladys, with her | Я вспомнил Глэдис... |
| "There are heroisms all round us." I seemed to hear her voice as she said it. | "Человек - сам творец своей славы., - прозвучало у меня в ушах. |
| I thought also of McArdle. | Вспомнил и Мак-Ардла. |
| What a three column article for the paper! | Какой материал для газеты - на целую полосу! |
| What a foundation for a career! | Какая карьера ждет меня впереди! |
| A correspondentship in the next great war might be within my reach. | Начнется война, и, может быть, меня пошлют корреспондентом на театр военных действий. |
| I clutched at a gun-my pockets were full of cartridges-and, parting the thorn bushes at the gate of our zareba, quickly slipped out. | Я схватил первую попавшуюся винтовку -патроны были у меня в карманах - и, разобрав завал у входа в форт, проскользнул за его ограду. |
| My last glance showed me the unconscious Summerlee, most futile of sentinels, still nodding away like a queer mechanical toy in front of the smouldering fire. | Оглянувшись напоследок, я увидел нашего горе-часового Саммерли, который по-прежнему дремал у затухающего костра, мерно, словно китайский болванчик, покачивая головой. |
| I had not gone a hundred yards before I deeply repented my rashness. | После первых же ста ярдов мне стало ясно, сколько безрассудства в моем поступке. |
| I may have said somewhere in this chronicle that I am too imaginative to be a really courageous man, but that I have an overpowering fear of seeming afraid. | Я, кажется, уже упоминал на страницах этой хроники, что пылкость воображения мешает мне стать по-настоящему смелым человеком, упоминал и о том, что больше всего на свете боюсь прослыть трусом. |
| This was the power which now carried me onwards. | Вот эта боязнь и толкала меня вперед. |
| I simply could not slink back with nothing done. | Я просто не мог бы вернуться в лагерь с пустыми руками. |
| Even if my comrades should not have missed me, and should never know of my weakness, there would still remain some intolerable self-shame in my own soul. | Если б товарищи и не хватились меня и не узнали бы о моем малодушии, все равно я не нашел бы себе места от жгучего стыда. |
| And yet I shuddered at the position in which I found myself, and would have given all I possessed at that moment to have been honorably free of the whole business. | А в то же время меня то и дело кидало в дрожь, и я готов был отдать все, лишь бы найти достойный выход из этого нелепого положения. |
| It was dreadful in the forest. | Как страшно было в лесу! |
