Возле кровати стоял Эйден и испуганно смотрел на меня, сжимая в руке эко-стаканчик из «Старбакса». Мне потребовалась несколько минут, на то чтобы прийти в себя и выровнять дыхание. Ночной кошмар все еще пульсировал внутри меня, а от выброшенного в кровь адреналина кружилась голова.
– Тебе приснился кошмар?
– Ага.
Я потерла шею и смахнула навернувшуюся слезу. Эйден сел рядом со мной на кровать и вручил мне стакан.
– Твой любимый фраппучино.
– С чего ты взял? Терпеть его не могу, – рассмеялась я и потянула через трубочку прохладный кофейный напиток с насыщенным тропическим вкусом. – Вау, а это реально вкусно!
– Я же говорил, – развел руками Бакли.
Его беззаботная улыбка подействовала на меня, как успокоительное, окончательно рассеивая отголоски ужасного сна. Я перевела взгляд на настенные часы, которые показывали половину седьмого утра, и удивленно вскинула брови.
– Почему ты приехал так рано? Что-то случилось?
– Не спалось.
Я обратила внимание на то, как классно были уложены его волосы, на выглаженную белоснежную рубашку с коротким рукавом и на модную трехдневную щетину, которую он успел привести в идеальный порядок, и мне захотелось спросить: «Как давно?», но Эйден опередил меня своим вопросом:
– Енотик, ты помнишь, как называлась та служба доставки, что привезла тебе цветы?
Иисусе, ну почему нужно начинать этот разговор с самого утра?
– Какая доставка? – я изобразила высшую степень непонимания. – Не было никакой доставки. Розы привезла девушка, которая сама их выращивала. Ну, поклонница.
– Поклонница, значит? Что за бред?! – нахмурился Эйден. – Зои мне сказала, что это была анонимная доставка. Она лично ее принимала.
Какая же болтушка!
– Да-да, все верно. Девушка предпочла не называть своего имени, поэтому Зои так и сказала – анонимная доставка. Не было никакой службы, – я послала ему свою самую искреннюю улыбку.
– Хейли, я, по-твоему, похож на идиота? Кто тебя надоумил впаривать мне это дерьмо? Твой публицист? – Его синие глаза буквально впились в меня.
– Э-э-э… Зачем мне врать тебе?
– Я бы тоже хотел это знать.
Я встала с кровати и расправила плечи, стараясь придать себе уверенный и серьезный вид, что было крайне непростой задачей, когда на тебе больничная рубашка с открытым задом.
– Ты не мог бы подать мне халат? – я ткнула пальцем в сторону вешалки.
Бакли оглядел меня с ног до головы и, запустив руку в волосы, невинно пожал плечами.
– Извини, но нет.
– Что ты сказал?
– Я сказал, что тебе придется самой пойти и взять его. Кстати, отличный прикид, – его насмешливый тон вывел меня из себя.
Стараясь не поворачиваться к негодяю спиной, я неуклюже обернула вокруг талии больничное покрывало, как следует прикрыв голую задницу, и потащила свое бренное тело к вешалке, по пути вскинув руку с оттопыренным средним пальцем. Смех идущего за мной по пятам Эйдена приятно щекотал мне спину.
Как истинный джентльмен, он терпеливо дождался пока я надену халат, а затем припечатал меня спиной к стене, удерживая в клетке своих рук.
– Скажи мне правду, Хейли. Кто прислал тебе эти чертовы розы?
– Ц-цветочница, – заикаясь ответила я, опуская взгляд на его влажные шелковистые губы.
– Я тебе не верю.
– Отпусти меня, – я толкнула его грудь. – С минуты на минуту приедут мои родители, я должна привести себя в порядок.
Бакли опустил руки и отшатнулся, растерянно глядя на меня.
– Родители?
– Ну да. Я ведь при тебе с ними разговаривала.
– Дьявол, я знал, что они прилетят, но не думал, что так скоро!
– Да в чем проблема?!
– Ни в чем, – он начал сдавать задом в сторону двери. – Я… э-э-э, мне нужно кое-что уладить.
Я усмехнулась.
– Бакли, если бы я тебя не знала, то подумала бы, что ты струсил!
– Не говори ерунды! Я должен ехать на съемки рекламного ролика. Неожиданно подвернулась работенка, просто забыл тебе рассказать.
– Не смей бросать меня! – пригрозила я. – Мы в одной лодке, помнишь?
– Прости, енотик, – подмигнул мерзавец и вылетел из палаты с такой скоростью, словно задолжал демону душу и теперь за ним гнались адские псы.
Оливия Спенсер ворвалась в палату подобно огненному смерчу, грозящему уничтожить на своем пути любую преграду.
– Милая, ты ужасно выглядишь! – каждое слово, как пятибалльное землетрясение.
Я втянула голову в плечи, сражаясь с желанием заткнуть уши пальцами, чтобы не слышать этот крик. Поразительно, как женщина ростом в пять футов и весом с чайную ложку может выдавать столько децибел.
– И тебе привет, мам, – я приподнялась на кровати и села повыше. – А где папа?
– Разговаривает с доктором.
Она подошла ко мне и нежно обняла, прижимаясь губами к моей макушке. От нее пахло свежескошенным сеном, техасским чили и тревогой, которая глубокой складкой залегла между ее тоненькими светлыми бровями.
– Как ты себя чувствуешь? – мама погладила мой лоб и всхлипнула. – Такая бледная! Чем они здесь кормят тебя?
– Гамбургерами, – пошутила я.
– Знаешь, я бы не удивилась, будь это правдой! Я тут заглянула в твой холодильник…
– Ты была у меня дома? – шок, отразившийся на моем лице, озадачил ее.
– Ну да. Нас встретила в аэропорту твоя помощница… Хлоя, кажется.
