— Это моя Роуз! — орал Ройс, смеясь вместе с ними, как дурак. — Ты припозднилась. Мы замерзли, ты заставила нас долго ждать.
— Я никогда не видела его пьяным. Так, несколько тостов на вечеринках и все. Он говорил, что не любит шампанское. Я и понятия не имела, что он предпочитает напитки покрепче.
— У него появился новый друг, приехавший из Атланты, он был другом какого-то из его друзей.
— Что я тебе говорил, Джон, — крикнул Ройс, хватая меня за руку и притягивая ближе. — Разве она не прекрасней, чем все эти твои красотки в Джорджии?
— Мужчина, которого звали Джоном, был загорелым брюнетом. Он оглядел меня с ног до головы, как будто я была лошадью, которую он собирается покупать.
— Трудно сказать, — медленно произнес он. — Она одета.
— Они засмеялись, все, включая Ройса. Вдруг, он сорвал жакет с моих плеч, кстати, это был его подарок, оторвав при этом медные пуговицы, и они рассыпались по улице.
— Покажи им, какая ты, Роуз! — засмеялся он и сорвал с моей головы шляпку. Заколки, которыми была приколота шляпка, вырвали несколько прядей моих волос, и я вскрикнула от боли. Похоже, им это понравилось… звук моей боли …
Розали вдруг посмотрела на меня так, будто забыла о моем существовании и удивилась увидев рядом. Я была уверена, что мое лицо было такое же бледное как и у нее. Хотя может и зелёное.
— Я не хочу заставлять тебя слушать остальное, — тихо сказала она. — Они оставили меня на улице, и, уходя, продолжали смеяться. Они думали, что я умерла. Они дразнили Ройса, что ему придется искать новую невесту. А он засмеялся и сказал, что сначала ему придется научиться сдерживать себя.
— Я лежала и ждала смерти. Было холодно. Но во мне было столько боли, что я даже удивилась, что холод все ещё имеет для меня значение. Пошел снег, а я все думала, почему я не умираю. Я с нетерпением ждала смерти, чтобы прекратить эту боль. Но это продолжалось так долго…
— Затем меня нашел Карлайл. Он учуял запах крови и пришел посмотреть в чем дело. Я помню, как во мне возникло неясное раздражение, когда он возился со мной, пытаясь спасти мою жизнь. Мне никогда не нравились ни доктор Каллен, ни его жена, ни ее брат — Эдвард тогда притворялся им. Меня огорчало, что все они были красивее меня, особенно мужчины. Но они не вращались в обществе, поэтому я видела их всего лишь раз или два.
— Когда он поднял меня с земли и побежал, я думала, что умерла, потому что бешеная скорость, с которой он несся, вызывала у меня ощущение полета. Я помню, как боялась, что боль больше никогда не прекратится…
— Затем я оказалась в теплой ярко освещённой комнате. И теряя сознание, я была благодарна за то, что боль начала утихать. Но вдруг, в меня вонзилось что-то острое, в мое горло, запястья, лодыжки. Я испуганно закричала, решив, что он подобрал меня, чтобы причинить ещё больше боли. А затем мое тело запылало в огне, и мне стало на всё наплевать. Я умоляла его убить меня. А когда в дом вернулись Эсме и Эдвард, я и их стала молить о смерти. Карлайл сел рядом со мной, взял мою руку и, сказав, что очень сожалеет, пообещал, что это скоро закончится. Он все мне рассказал, и иногда я даже его слушала. Он рассказал мне о том, что он такое и чем становлюсь я. Но я ему не поверила. Он извинялся передо мной каждый раз, когда я кричала.
— Эдвард был недоволен. Я помню, как они обсуждали меня. Иногда я прекращала кричать, всё равно толку от этого не было.
— Карлайл, о чем ты думал? — сказал Эдвард. — Розали Хейл? — она в точности сымитировала раздраженный тон Эдварда.
— Мне не понравилось то, каким тоном он произнес мое имя, как будто со мной было что-то не так.
— Я просто не мог позволить ей умереть, — тихо сказал Карлайл. — Это было слишком… слишком ужасно, она ещё так молода.
— Я знаю, — ответил Эдвард, и мне показалось, что его голос прозвучал отрешенно. Меня это сильно возмутило. Я ещё не знала тогда, что он мог видеть всё, что видел Карлайл.
— Она такая юная. Я не мог ее бросить, — шепотом повторил он.
— Конечно, ты не мог, — согласилась Эсме.
— Люди постоянно умирают, — сурово напомнил ему Эдвард. — Ты не думаешь, что она слишком узнаваема? Кинги развернут бурную деятельность и, чтобы отвести от себя подозрения, начнут широкомасштабный поиск, — прорычал он.
— Меня порадовал тот факт, что им, кажется, было известно, что Ройс был преступником. Я пока ещё не знала, что все уже почти закончилось, что я могу сконцентрироваться на их разговоре только потому, что становлюсь сильнее. Боль стала отступать, начиная с кончиков моих пальцев.
— Что мы будем с ней делать? — с отвращением спросил Эдвард или, может, мне только показалось.
Карлайл вздохнул.
— Это ей решать. Может, она захочет пойти своей дорогой.
— Возможно, я бы сразу поверила в то, что он мне рассказал, если бы его слова не напугали меня так сильно. Я знала, что моя жизнь закончилась, и нет возврата назад. Я не могла свыкнуться с мыслью, что осталась одна.
