— Это все какая-то чушь! Куда мы направляемся? Почему до рассвета? Кто вы сама такая, в конце-то концов⁈
Женщина бросила какой-то даже грустный взгляд на своего собеседника:
— Главный вопрос тут, мой родной, кто ты такой на самом деле.
После этой фразы, которая только еще больше запутала Симона, он услышал пронзительный писк, который заставил его упасть на пол, но в отличие от стражей, ему все же удалось сохранить сознание.
— Кто… Кто это был, твою мать⁈ — злобно крикнул Эдвард, оклемавшийся, судя по всему, первым после этой звуковой атаки.
Симон же, как только звон прекратился, поднял голову и не обнаружил перед собой никого, кроме бездыханных тел стражников. Бросив взгляд через плечо на Эдварда и Кейт, которую тот поддерживал, Симон на дрожащих ногах направился по тому маршруту, который озвучила ему таинственная незнакомка.
Под непрекращающиеся расспросы, подколы и ругань Эдварда Симон плелся вперед, стараясь не терять концентрации, после поворота направо, уже завидев заветную дверь впереди, он ощутил, как его грудь вновь сдавила чья-то невидимая рука, он, чуть не задохнувшись, встал как вкопанный, обильно потея и чувствуя, как все плывет перед его глазами. Сумев чисто инстинктивно повернуть голову в сторону, он увидел массивные врата, которые с лязгом растворились. Симон сделал один шажок навстречу неизведанному, но путь ему тут же преградила Кейт:
— Симон, я… Я без понятия, что тут происходит, но та… та странная женщина… Она разве не сказала нам идти до конца коридора? Может быть, нам послушаться ее и хотя бы на время спрятаться, пока… — слова Кейт не доходили до сознания Симона, а напоминали собой скорее какое-то надоедливое жужжание насекомых, ровно как и ругань Эдварда, под которую он спустился по пологому проходу вниз до еще одной двери, которая, отворившись, открыла его взгляду крайне странную картину, которую его мозг даже не смог сразу обработать. Так, Симону потребовалось несколько долгих секунд, чтобы просто хотя бы заставить поверить себя в то, что все происходящее реально:
— О, Богиня…
— … дай мне сил, — молилась Безымянная, ощущая, как дрожит все ее тело, но не от страха, а от праведного гнева, который пропитал каждую клеточку ее тела.
Охотница не могла даже приблизительно сказать, сколько времени она находилась фактически в полнейшей депривации и изоляции после нападения алого врага на их священную долину. О судьбе своего верного спутника, ящера по имени Сия, а также дорогой сердцу подруги Шанти она также не имела никакого представления. Последнее ее воспоминание было связано с зеленым пламенем, что сорвалось с небес подобно самому гневу небожителей на их остров. Оно, казалось, и принесло с собой алых захватчиков, что похитили, по всей видимости, и ее, и Шанти. Безымянная также припоминала и то, как эти низкорослые пришельцы пытались своими кольями добить их зверей-спутников на охоте. Но даже несмотря на их невысокие шансы на выживание, глубоко в душе охотница искренне надеялась, что им все-таки удалось спастись. Ход мыслей скованной стальными жгутами пленницы прервал звук отпираемого замка, в камеру зашел довольно невысокий, даже по меркам алых захватчиков, мужчина. Стража осталась ждать снаружи. Как только двери за спиной пришельца с грохотом закрылись, он поднял глаза на пленницу, которая все пыталась поймать его взгляд, но никак не могла. Он вроде как и глядел прямо на нее, но в то же самое время как будто бы смотрел чуть выше уровня ее глаз.
— Приветствую, уважая, — произнес худощавый сообщник бандитов, что напали на землю охотницы, сотрясая воздух несколько неестественно оттянутой вниз нижней губой со шрамом, из-за чего весь рот его, казалось, был несколько скошен в одну сторону, — мне очень больно осознавать, что вы столь нелестно отзываетесь о нашей Метрополии, как мне передали коллеги, и не желаете сотрудничать даже несмотря на то, что мы вас в буквальном смысле спасли от гибели.
— Спасли? — издевательским тоном проговорила Безымянная. — Если я ничего не упустила, то это вы на нас напали.
— Вынужденно, хочу заметить, — устало выдохнул мужчина, смахнув воображаемую пыль с брюк своего алого костюма, который был ему не по размеру, но который по всей видимости должен был сделать его визуально крупнее, — ты ведь не дурочка, дорогая, и понимаешь, о чем я говорю. Да, безусловно, когда сталкиваются две силы, две противоборствующие силы, возможны жертвы. В сущности, это похоже на хирургическое вмешательство, только и всего! Мы всего лишь хотим спасти вас, пока не стало слишком поздно.
— Поздно? –устало выдохнула пленница. — Для чего поздно?
— Затмение. В этом году ожидается затмение.
Пленница вопросительно посмотрела на своего собеседника, не понимая, к чему он клонит, и сомневаясь в его психическом здоровье.
