– И они тоже, – хмыкнула Анжелик. – Если позволишь, я в этих вопросах с удовольствием стану твоей советницей. Потому что мне кажется, ты в них не очень-то искушён.
Мартин качнул головой.
– Тут ты права. Когда с соратниками тебя объединяет общее дело, когда вам всем нужно доплыть до земли, иначе вы сгинете в море… Тут становится не до интриг. И я предпочёл бы снова оказаться на корабле, вместо того, чтобы прожить всю жизнь во дворце.
– Ты мог бы стать королём-флотоводцем. Вовсе не все монархи занимаются только балами и приёмами.
– Это меня не прельщает. У меня другие планы, но я не хочу говорить о них сейчас, когда мы вдвоём и ты так близко… – Мартин мягко поцеловал Анжелику в обнажённое плечо. – Прошу тебя, продолжай.
– Хорошо… – задумчиво произнесла виконтесса, немного разморённая этой мимолётной лаской. – Фридрих был разным. Прежде всего, твой отец был самовлюблённым. Эгоистичным. В числе его достоинств не было верности, и мне всегда приходилось думать о том, как удержать его внимание. Когда ведёшь такую игру, не можешь позволить себе влюбиться. Потому, хотя он дарил мне множество подарков, мне всегда приходилось держаться несколько отстранённо.
Анжелика снова задумалась.
– Он тебя возбуждал? – прервал ход её мыслей Мартин.
Анжелика нервно рассмеялась.
– Я так и думала, что в этом состоит главный вопрос.
Она развернулась в объятьях любовника и, опрокинув его на спину, накрыла собой.
– Можешь быть уверен, как бы он ни старался, никогда не смог бы возбудить меня так, как ты, – проговорив это, она наклонилась низко к груди Мартина и подцепила зубами его сосок. Потянула на себя, вырывая из горла шумный вздох, и тут же отпустила.
Руки Мартина легли ей на поясницу и мягко прошлись вверх, а затем вниз.
– Нет, не главный, возразил он, – очерчивая взглядом белые плечи, загородившие ему свет очага. – Я хочу знать, что мог бы дать тебе, чего никогда не давал он. Я хочу знать, каким он был. И я не хочу стать таким, как он.
– Мартин, – Анжелика едва заметно улыбнулась и кончиками пальцев провела по щеке короля. – Всё, что ты пожелаешь мне дать, будет не таким, как то, что было с ним. Я люблю тебя, и одно это меняет всё.
Утром они пили кофе прямо в постели и кормили друг друга пирожными, которые принесла Тьела. Служанка смотрела на происходящее так, как будто видела перед собой самую обыкновенную картину.
– За что люблю Тьелу – она не тратит время на удивление, – хмыкнула Анжелика, когда за девушкой закрылась дверь.
– Хорошо, когда есть люди, которым ты можешь довериться. Близкие… – последнее слово повисло в воздухе и сменилось долгой тишиной. Анжелика чуть отодвинулась и обняла колени – с близкими у неё было не очень хорошо.
– А почему твоя мать не при дворе? – после долгой паузы спросил Мартин.
– Ты хочешь, чтобы она была здесь?
– Почему бы и нет? Что ещё могло заставить её отдать тебя королю, как не желание приблизиться к нему?
Анжелика вздохнула.
– Если честно, я не знаю и не хочу знать. За четыре года я ни разу ей не писала.
– А она тебе?
Анжелика повела плечом.
– Я велел Тьеле не докладывать мне о подобных письмах.
Мартин вздохнул.
– Я думаю, так нельзя.
– Утро перестаёт быть приятным… – пробормотала Анжелика.
– И я думаю, что никогда не смогу поступить так, как ты.
– Так вот ты к чему… – Анжелика не знала, радоваться ей или расстраиваться. Похоже, едва начавшаяся лекция о любви к родителям была вызвана вовсе не тем, что Мартин её осуждал, а тем, что сам страдал болезненной привязанностью к матери. – А ведь ты тогда, в лесу, сказал, что едешь ей помочь… – задумчиво протянула она.
– Верно, – Мартин снова замолк, так что Анжелике пришлось достраивать мысль самой.
– Это она послала тебе письмо, в котором звала вернуться в Августорию. Надо думать, она больше тебя хотела, чтобы ты заявил свои права на наследство. Сколько ещё она сделала, чтобы заставить тебя стать королём, Мартин? Ты сам хочешь этого хоть чуть-чуть?
Мартин промолчал.
– Тебя так же продали во дворец, как и меня, – резюмировала Анжелика.
– Я бы не смотрел на вещи столь пессимистично, – хмыкнул Мартин. Отставил в сторону поднос с завтраком и обнял девушку поперёк талии. – Зато здесь я встретил тебя.
Они помолчали: Мартин – потому, что рот его был занят поцелуями, а Анжелика – потому, что наслаждалась прикосновениями его губ. Но через некоторое время Мартин всё же отстранился и продолжил:
– Я думаю, будет правильно вернуть ко двору обеих наших матерей.
– Чтобы при дворе ещё прибавилось интриг… – Анжелика закатила глаза и вздохнула.
– Их тут уже столько, что хуже не станет. И знаешь… Я хотел бы познакомиться с твоей матерью. Мне кажется, это будет правильно.
Правление Мартина Первого ознаменовалось множеством перемен. Он не рубил голов, не начинал войн, но и не давал никому собой помыкать.
Зато он установил торговые связи и с Франконом, и со Снежной Империей, проложил морские маршруты на запад и на восток, а сухопутный – на юг, чтобы там основать представительство в Стране Доджей и, пользуясь услугами их торговых компаний, отправлять караваны ещё дальше.