Лаконичный ответ, не придерёшься, и главное начисто отбивало охоту дальше расспрашивать. Лоб его сморщился, видать напрягал он свои полторы извилины до основания.
— И когда же сие знаменательное событие произойдет? — подала я свой голос.
Он прервался от раздумий и непонимающе на меня посмотрел.
— Встреча с хозяином, — терпеливо пояснила я.
— Через неделю, — ответил он и снова углубился в себя.
Митяй был не похож сам на себя, а я даже представить не могла, что же для меня лучше — чтобы он молчал как сейчас и не донимал меня, или же, чтобы орал, как потерпевший, тем самым выдав мне какую-нибудь лишнюю информацию. Немного поразмыслив, я решила, что лучше пусть орет и надо бы к нему основательно придраться. Но вот вопрос — к чему-придираться-то? Так чтобы за живое задело, но и так чтобы он меня в порыве гнева не прибил. Надо признать, что, несмотря на скверный характер, мужик он был спортивного телосложения, видимо, ни один день в качалке провел, и достаточно симпатичный. Так что внешность отпадала сразу. Ну а цепляться к интеллекту Митяя будет только самоубийца. По крайне мере я на такое не решаюсь. Но через два часа его напряженного раздумья и метания по комнате, я решила попробовать, так как наблюдать дальше его рожу не было никаких сил.
— Ты никак теорему Ферма в уме решаешь?
Он бросил на меня взгляд исподлобья, но ничего не сказал.
— Или же возьмём круче: думаешь над глобальным вопросом, что появилось раньше курица или яйцо! — не угомонилась я.
— Ты когда-нибудь молчишь?
— Только по праздникам, мужским, из уважения, — изрекла я с умным лицом.
Митяй неожиданно весело хмыкнул, чем здорово напомнил мне нормального человека, и спросил без злости:
— Ты, вероятно, по бабьей своей глупости, думаешь, что я идиот?
— Нет, — вдруг испугалась я.
— А я к твоему сведенью закончил физмат.
— Это ж как тебя угораздило в бандиты то податься? — обалдело спросила я.
— «Я бандитом стать хочу, пусть меня научат», читала Агнию Барто в детстве? — и хохотнул, опять — таки по- человечески.
Но как оказалось, самое интересное было впереди. Ночью я не могла сомкнуть глаз ни на минуту. Все так странно и нереально. Бересов со своими философскими замашками, а теперь Митяй почти в человеческом облике.
Прямо надо мной послышался топот ног, где-то снаружи взревел мотор машины и через секунду все смолкло. Кто-то в спешке, среди ночи уехал. К чему бы это? Еще через пять минут кто-то вставил ключ в мою дверь и начал открывать. Я присела на кровати, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть в кромешной тьме. Изумлению моему не было предела, когда на пороге я увидела Митяя. Я уже хотела заголосить от страха, так как любой поймет, зачем мужик среди ночи к бабе прокрадывается, но Митяй приложил палец к губам, делая мне знак молчать. Это уже совсем ни в какие ворота не лезло, и я не закричала. В принципе я понимала — ори не ори, а никто мне здесь не поможет.
— Идем. Тихо. Свет не включать, — прошептал он четко и взял меня за руку.
Мы чуть не натолкнулись на охранников, идя по длинному коридору. Митяй вовремя меня втолкнул в мужской туалет, в кабинку и сам туда втиснулся. Кабинка была узкой для двоих, и мы были прижаты друг к другу так, что становилось трудно дышать. В туалет зашел один из охранников и поочередно начал открывать кабинки.
— Да тебе, наверное, послышалось! — раздался голос второго.
Мы переглянулись с Митяем, и я поняла, что все — мы пропали, и никакая сила нам не поможет. Меня убьют и его тоже, и я так и не узнаю, из-за чего он решился мне помочь и помогает ли? Вдруг это еще один хитроумный план?
— Оголи грудь, — шепнул он мне на ухо.
— Чего? — спросила я одними губами, но он не стал повторять, а повел себя странно. Он спустил штаны, сам расстегнул мне блузку, задрал юбку и закинул мою ногу к себе на талию, придерживая рукой.
И в этот момент дверь кабинки распахнулась. Митяй резко обернулся к обалдевшему охраннику, уткнув мое лицо себе в грудь так, чтобы не было видно. И до меня наконец-то дошло, зачем он все это проделал.
— Закрой дверь, твою мать! — рявкнул он, и охранник поспешил исполнить приказ.
— Извини, Митяй, мы думали, кто чужой ходит, — оправдывался тот, — Вы бы шли куда-нибудь, в более подходящее место.
И ушел, а у меня от облегчения аж ноги подкосились.
— Спасибо, — тихо пикнула я.
Митяй злобно на меня смотрел, но не долго. Приведя себя в порядок, мы двинулись дальше, и зашли в какую-то комнату. Митяй повернул замок в двери.
— Слушай меня внимательно, сейчас нам нужно пройти через пост охраны, иначе никак. И я должен вести себя как обычно, а это значит, я буду лапать тебя где угодно и как угодно. Для охраны ты шлюха, которую я снял. Поэтому если ты заорешь или влепишь мне пощечину нам крышка. Поняла меня?
Я молча кивнула.
— Когда выйдем из здания, я проведу тебя на стоянку, возьмешь ключи от белого жигуленка, номер А 394 МА, запомнила? Поедешь в клуб Азалия, бензин полный бак, должно хватить. Батя уехал, поэтому хватятся тебя только к утру. Когда приедешь в клуб, найди Алика и скажи, что ты от меня. Тебе помогут выбраться отсюда.
— Я не умею водить машину.
