– Посмотри, с ним все в порядке! Ты слишком бурно реагируешь!
Лекс вырвала руки и оттолкнула его:
– Не указывай мне, как реагировать! Ты понятия не имеешь…
– Лекс!
Рот у нее захлопнулся, и, к моему изумлению, она расплакалась. Правда, Лекс вообще плакала по любому поводу, но тут-то уж, кажется, и повода не было. Неужели она и правда уже так переживает за меня, что одно упоминание о том, как какие-то подростки на меня посмотрели, настолько выбивает ее из колеи?
Она упала Патрику на грудь, уткнулась в нее лицом, а он, обнимая ее, повернулся ко мне:
– Дай нам минутку, ладно?
С удовольствием. Я вышел из комнаты, и уже через полчаса Патрик пришел меня искать. Я сидел с Миа за ее столиком для рисования в игровой и рисовал ей слона фиолетовым карандашом, а она делала уроки – раскрашивала карту мира.
– А ты можешь нарисовать ему большие-пребольшие уши? – спросила Миа. – Как у Дамбо, только еще больше?
– Не вопрос, – сказал я, вырисовывая ухо. Краем глаза заметил вошедшего Патрика. Я поднял глаза, и он поманил меня рукой.
– Я сейчас.
– Слушай, – тихо проговорил Патрик. – Я просто хотел убедиться, что ты в норме после того, что сейчас было наверху.
– Я-то нормально, – сказал я. – А Лекс тоже?
Он кивнул.
– Да-да, она просто… Понимаешь, ей сейчас трудно. Ей хочется от всего тебя оградить, и вообще мы сейчас все на эмоциях. В основном ей теперь неловко за то, что она так расклеилась.
– Ну и зря, – сказал я. Это было даже мило, правда. Не без сумасшедшинки, но мило.
– В общем, она пошла к себе в комнату отдохнуть, – сказал Патрик. – Наверное, сегодня уже не спустится, так что я останусь ночевать. Завтра будет как новенькая.
Я кивнул. Было только пять часов, но проторчать полдня дня в своей комнате было, пожалуй, нормально для Лекс, учитывая, что ее мать из своей практически не выходила. Патрик сжал мне плечо и вышел, а я вернулся к Миа и слону.
Когда я снова увидел Лекс – наутро, за завтраком, – она была уже такой, как всегда. Улыбалась, немного чересчур энергично командовала и делала вид, что вчера ничего не было.
– Омлет? – спросила она, когда я вошел в кухню.
– Конечно, – сказал я, и она снова повернулась к сковороде, в которой уже что-то помешивала. На самом деле мне и завтракать-то не очень хотелось – обычно мой желудок просыпается на пару часов позже меня самого, – но если я не поем, она будет суетиться. Да и приятно, в конце концов, когда о тебе заботятся.
Инстинктивно я обнял ее – обхватил за талию сзади. Она замерла. Она-то меня много раз обнимала, а я ее – в первый раз. Не знаю даже, зачем я это сделал. Хотел уже отстраниться, но тут ее ладонь легла на мою руку.
– Спасибо, – сказал я. Выпустил ее, убрал руки, но ее рука задержалась на моей.
Она прокашлялась.
– Пожалуйста, – ответила, не оборачиваясь.
Я сел за стол, удивляясь сам себе и стараясь подавить теплое, тревожное посасывание под ложечкой.
Когда мы с Николасом ехали в школу, у него зазвонил телефон. На сенсорном экране автомобиля высветилось: «Ашер». Николас нажал кнопку и сбросил звонок.
– Что? – сказал он, заметив, как я на него смотрю. – Все равно через час увидимся.
Телефон тут же зазвонил снова. Ашер. Николас нахмурился и нажал другую кнопку.
– Эй, хорош меня сбрасывать, – донесся сквозь потрескивание голос Ашера. – Дело важное.
– Что за дело? – спросил Николас.
– Мне только что пришло смс от Ванессы Рейс, ну, помнишь – чирлидерша, она еще с Беном Пезником встречалась разок и теперь думает, что она королева вселенной?
– Ну и что?
– Да тут… у тебя там громкая связь? – спросил Ашер.
– Да.
– Тогда отключи, ладно?
Николас взял сотовый телефон с подставки для кофе, нажал пару кнопок и поднес к уху.
– Готово, что там у тебя?.. Блин. И что там?.. Ладно, ладно. До встречи.
– Что такое? – спросил я, когда Николас повесил трубку. Наверняка речь шла обо мне.
– Кто-то снял тебя на видео вчера за обедом и выложил на YouTube. Наверняка видео уже разошлось повсюду, разговоры пошли всякие. Может, на тебя сегодня немного больше обычного будут пялиться.
Отлично.
– Могу отвезти тебя домой, если хочешь, – сказал Николас.
Я покачал головой. Значит, теперь вся школа знает, кто я такой. Невелика разница, большинство и вчера уже знало.
– Все нормально, – сказал я.
– Точно?
Я кивнул.
Чего ни он, ни я не ожидал – это увидеть на парковке возле школы с полдюжины телевизионных фургонов.
– Ничего себе, – сказал Николас, съехал с дороги и встал на обочине, так, чтобы нам было видно место действия.
– Что им здесь надо? – спросил я. Дикую панику в голосе не пришлось даже симулировать. Я уже считал в уме, сколько человек сможет опознать меня на фото или видео и свидетельствовать, что я ни фига не калифорнийский парень по имени Дэниел Тейт. Насчитал немногих, но мысленно уже видел, как эта жизнь у меня на глазах выскальзывает из рук, уже чувствовал холодные наручники на запястьях.
Николас пожал плечами.
