За скользнувшей вбок дверью находилась так называемая Палата открытий, и она не особо отличалась от кабинета замдиректора бюро. За небольшим столом в окружении голографических экранов сидел, аккуратно сложив руки в ожидании очередного клиента, специалист по цифровой археологии.
– Здравствуйте. Меня зовут Эдгар, и сегодня я буду вашим проводником в прошлое. Как к вам обращаться?
– Кин.
– Рад знакомству, Кин, – с учтивым спокойствием пожал ему руку мужчина. – Благодаря развитию социальных сетей в начале двадцать первого века многие жители планеты оставили цифровой след в истории, и архив фотоснимков, видеороликов и обновлений статуса позволяет увидеть, как жили наши предки. О ком вы хотели бы узнать?
– Ее звали… – Кин судорожно сглотнул. – Ее звали Миранда Элизабет Стюарт.
Эдгар придвинул к себе несколько голографических экранов, не переставая сыпать оговорками: искомый человек должен быть рожден до две тысячи пятидесятого года, и, даже если поиск по архиву соцсетей не даст удовлетворительных результатов, стоимость билета не возвращается. На каждую из этих фраз Кин ответил коротким кивком, а затем на одном дыхании выпалил дополнительную информацию: дату и место рождения, название школы и даже идентификационный номер давным-давно свернутой программы соцобеспечения.
– Как вижу, вам многое о ней известно, – заметил Эдгар, глядя на мерцающие экраны. – Бабушка?
– Не совсем. Близкая родственница.
– И что вы хотите узнать? Общую информацию? Поближе познакомиться с семейной историей?
Потирая небритый подбородок, Кин подался вперед и ответил:
– В первую очередь меня интересует ее взрослая жизнь. Кем работала Миранда, за кого вышла замуж.
Он с силой втянул воздух. Чтобы договорить, потребовалось сделать над собой титаническое усилие.
– …и когда она умерла.
– Как я уже сказал, – продолжил Эдгар, сноровисто прокручивая строки на экранах, – объем данных зависит от глубины цифрового следа, оставленного Мирандой. Информация имеется почти о каждом – разумеется, в той или иной степени. Например…
Эдгар умолк и мрачно нахмурился.
– Что такое? – забеспокоился Кин.
– Вы уверены, что предоставили актуальную информацию?
«Ну конечно! Ведь это моя дочь!» – чуть было не вскричал Кин, но сдержал себя, и гневный порыв разрешился мышечными спазмами и нервной дрожью.
– По имени и дате рождения результатов нет. И по региону, кстати говоря, тоже. Погодите, я задам менее специализированный поиск. Так, снимем ограничение по возрасту, расширим географию, и…
Снова замелькали строки данных – с головокружительной скоростью, но сердце Кина билось еще быстрее.
– Так… Похоже, что-то есть.
– Да? – вскочил Кин, едва не опрокинув кресло. – Вы ее нашли?
– Совершенно верно.
Эдгар крутнул пальцами, и голограмма повернулась к Кину.
– Все перед вами. Теперь, когда личность установлена, можно копнуть поглубже.
Не шелохнувшись, Кин шепотом читал и перечитывал текст, будто произнесение вслух добавляло ему реалистичности, а затем сказал уже обычным тоном:
– Это не она.
– Миранда Элисон Стюарт. Родилась второго января две тысячи шестого в Окленде, штат Калифорния. Давайте-ка взглянем на ее жизнь. Идеальный возраст на заре эры социальных сетей…
– Это не она!
Эдгар помолчал, вопросительно накренив голову, и возразил:
– Но это единственная Миранда Стюарт, рожденная в Области залива в указанный промежуток времени.
– Говорю же, это не она! Мне нужна Миранда Элизабет Стюарт. Элизабет, а не Элисон. Родилась в Сан-Матео, выросла в Сан-Франциско.
– Простите, Кин, но нельзя исключать, что человек, внесший запись в семейное древо, слегка ошибся. Такое случается.
Эдгар перестал хмуриться, сложил руки на груди и продолжил тоном уже не хранителя цифрового архива, но школьного психолога:
– Это было очень давно. Такую информацию передают из поколения в поколение, меняя имена и упуская некоторые мелочи. Даже архив нашего сервера нельзя назвать стопроцентно точным, ведь мы имеем дело с копиями, причем не первыми. По всем признакам перед нами та Миранда, которую вы ищете.
– Нет, это не она, – отрезал Кин, свирепея как никогда в жизни. – Я знаю. Знаю все до мельчайших подробностей. Это другая Миранда. Чужая. Не моя.
Эдгар откинулся на спинку скрипучего кресла. Кин чувствовал на себе его взгляд. Должно быть, зрелище не из приятных: подрагивающие руки, нездоровый блеск испарины на лбу…
– Простите, сэр, но это все, что я способен найти. Напомню, что возвращать стоимость билета не принято, но вижу, что все это очень важно для вас. Простите, что не сумел отыскать нужную информацию. Я поговорю с начальством. Не сомневаюсь, что мы вернем вам деньги. Если не полностью, то хотя бы частично.
– О деньгах не беспокойтесь. – Кин встал, скрипнув каблуками о ножки кресла. – Спасибо, что уделили мне время.
– Подождите, я проверю еще один момент. Как правило, это бесполезно, однако…
Пальцы Эдварда вновь запорхали над голографическими экранами. Полупрозрачное свечение расплывалось в местах касаний и свайпов.
– Ну-ка, посмотрим… Хм-м… Ничего не понимаю…
– Что такое? – спросил Кин, опираясь на столешницу.
Эдгар повернул к нему один из экранов.
