— Ох, проще на верхушку Альп залезть, чем доказать тебе мои чувства. Поход в Альпы – это как детская горка на площадке по сравнению с тем, как тяжело тебя покорить. А я ведь тебя хотел позвать...и забыл. Давай, потихоньку собирайся, — продолжил Воттерс-Кляйн, взглянув на наручные часы.
— Куда? — обеспокоено спросила Аннабелль.
— В театр, — вздохнул Ронан, — у меня два билета на «Сонеты Шекспира», премьера. Забыл сказать.
— Ты так резко свернул разговор. Что не так?
Ронан устало потёр лицо. Оно побагровело – мужчина постепенно выходил из себя. Попив воды, Воттерс-Кляйн остановился и продышался в приоткрытое окно.
— Все думаю, как и почему ты не поняла, что бежать надо было от Клэмана, а не с ним? И думаю, почему до сих тебя к нему так тянет. Я пошёл переоденусь и прогуляюсь в парке, собирайся спокойно, будь готова через час, — наконец, проговорил Ронан, устало потерев глаза.
— Может, не пойдём никуда? — переспросила Морган.
Ничего не ответив, он закрылся в гардеробной, а Аннабелль вздохнула, взлохматив отросшую челку. Оглядев картину ещё раз, она точно приняла решение избавиться от неё, как можно скорее, потому что в светлом доме не было места для такой тьмы.
Как только дверь за Ронаном захлопнулась, Морган сделала хорошие фотографии полотна, и выставила их в социальные сети, и на сайт, куда обычно выкладывала картины на продажу. Подумав над ценой, Морган решила не мелочиться, и поставила число с четырьмя нулями. Тот, кому нужна будет эта картина, отдаст за неё любые деньги — это она знала точно. Никакого ажиотажа не ждала.
Принарядившись в маленькое чёрное платье, она надела туфли на каблуке и сделала укладку, так встретив Воттерса - Кляйна, одетого в темно - синий строгий костюм. Находясь рядом с таким мужчиной, Морган не могла себе позволить выглядеть неопрятно или не стильно. За Ронаном до сих пор периодически бегали журналисты, а появления в обществе вызывали резонанс.
— Сегодня пойдём с моим охранником, внизу ждёт водитель, — объяснил мужчина, — можем идти.
— Почему?
— Билеты – подарок одного известного тренера, в театре будут серьёзные люди. Не могу приехать туда, как школьник.
В тот вечер он держался удивительно холодно, будто старался быть отстранённым. Подавая Аннабелль пальто, он делал это небрежно, подавая руку – не смотрел в глаза, и даже, когда многочисленные знакомые подходили к поздороваться – Ронан почти никому не представлял ее. Сжав маленький клатч в руках, Аннабелль накинула кожаный пиджак на плечи, чувствуя как холодок бегает по коже. Бродя по роскошному фойе театра, Морган рассматривала огромные позолоченные люстры, очаровательные статуи, выполненные из мрамора и хрустальные вазы, в которых располагались цветы. Бросив взгляд на Ронана, она усмехнулась, даже с каким-то полнотелым мужчиной он общался гораздо теплее, чем с ней. Девушка с трудом понимала, что могло переменится за такой короткий срок.Она судорожно проматывала их разговор в голове, разве она чем-то обидела его? Нет, она старалась быть искренней, но как он воспринимал это?
Когда свет в зале погас, Аннабелль повернулась к Ронану, он не повернулся в ответ, ни одна мышца на лице не дрогнула, когда она коснулась его руки. Ничего не было, только холод, только стена, которую Рон начал выстраивать между ними.
— Я чем-то тебя обидела? — спросила девушка шепотом.
— Мы на спектакле, давай не будем выяснять отношения, — бросил он, не отрывая взгляда от сцены.
— Ты напряжен, как струна, — продолжила Аннабелль. — Что случилось?
— Поговорим после, — ответил Ронан, — сейчас не время. Просто посмотри спокойно спектакль.
Аннабелль ахнула.
— Ну, знаешь, в гробу я видала такие спектакли! — сказала она чуть громче, и получила замечание от какой-то женщины.
— Ты людей распугаешь криками, люди ходят в театр посмотреть на искусство, а не выяснить отношения
— Я не понимаю, какого черта ты себя ведешь, как будто в холодильнике всю ночь просидел.
— Аннабелль, хватит себя вести так громко! Тут мои знакомые из разных сфер. Давай не станем позориться.
— То есть, когда ты не представил меня никому из своих знакомых, это не позор? Нормально?
— Девушка! Бога ради! Вы можете быть тише? — снова остудила ее женщина с заднего ряда.
Ронан косо посмотрел на Аннабелль. Ничего не сказав, она ушла с места. Шекспировские соннеты оказались неинтересными. Закутавшись в пальто, она побрела по улице, смахивая слёзы. Она не могла понять, что случилось между ней и Ронаном, где случился раскол.
Неужели, картина породила в нем столько чувств?
Аннабелль до сих пор волновал Адам, она ничего не могла с этим сделать. Верила: постепенно любовь угаснет, также как и костёр, который она развела. Ничего не длится вечно. Да, чувства иногда захватают нас с головой, но проходит и время, они исчезают. Рано или поздно - перестаешь любить, перестаешь доверять и быть прежним.
