– Ничего странного, – вмешался Герден, – просто твое счастье не здесь. Но я бы на твоем месте поговорил с Аленой. Может, у нее другое мнение на этот счет?
– Поговорим. А вы сами? Что собираетесь делать? Раз уж отец передумал.
Смутились все четверо. Ответ был мне ясен.
– Я остаюсь, – заявил Герд. – Мы с Дилайей помирились и… В общем, Айсен разрешил нам заключить повторный брак.
– Даже не «старый пень»? Ну-ну, – хохотнул я, а Герд пошел пятнами. – Ну а вы?
– Мне тоже придется остаться, – вздохнул Леонс. – Родители уже не в том возрасте, чтобы бросать их без поддержки.
– А нас ничто не держит, – удивил меня Верей, – поэтому мы за тобой, принц.
– Легко не будет.
– Мы и не ждем, что будет легко. Но когда еще доведется увидеть другой мир?
Осталось обрадовать Зарицкого, что вместо одного иномирного мага он получит троих. Но я понимал Гердена и Леонса и одобрял намерения Астера и Верея.
– Что ж, я принимаю ваше решение. – Протянул руку друзьям. Настоящим, они это доказали. – А теперь, боюсь, меня ждет куда менее приятный разговор.
– Пойдешь к отцу?
– Придется. Нам есть о чем побеседовать.
На самом деле идти не хотелось. Но ведь частично по моей глупости он оказался в зеркальной тюрьме, и чудо, что вообще выбрался оттуда живым.
Я прошел в другое крыло дворца. Все встречные почтительно кланялись, причем без тени усмешки на лице. Конечно, кому охота связываться с наследным принцем, который успел приобрести дурную славу? Коридоры казались бесконечными. При мысли, что придется посмотреть отцу в глаза, становилось не по себе. Но другого выхода нет. Не сбегать же в мир Алены, не поговорив.
У дверей кабинета толпились посетители, но, увидев меня, расступились и склонили головы. Я с гордым видом прошел мимо. Кому какое дело до того, что творится внутри? Постучал и, не дожидаясь ответа, вошел. Маг, с которым беседовал отец, поторопился исчезнуть. Стоит признать, восстановился король куда быстрее меня, хотя дольше пробыл в зеркальной тюрьме. Только белые волосы говорили о том, что ему пришлось пережить.
– Винтер, – отец поднялся навстречу, – рад видеть, что тебе лучше.
– Я тоже рад вашему возвращению, ваше величество.
Отец нахмурился. Я сразу дал понять, что не рассчитываю на перемирие. Все останется как было: я – мятежный принц, чуть не устроивший переворот, он – король, который по собственной прихоти сохранил мою жизнь.
– Что ж, присаживайся. Побеседуем.
Я занял кресло напротив. Как бы отец ни храбрился, следы испытаний не исчезли с его лица. Появились морщины, которых не было раньше, потяжелел всегда ясный взгляд. Стало заметно то, на что сначала не обратил внимания.
– Винтер, – начал король, тщательно подбирая слова, – я знаю, между нами было много разногласий в последнее время. И признаю, что по моей вине в том числе. – Что-то удивительное! Мой отец признал, что не является непогрешимым? – Вин, – я даже вздрогнул, – прости… – Я не ослышался? Посмотрел на отца с толикой недоверия. – Прости, я был неправ. С самого начала, когда не прислушался к тебе. И когда не заметил заговор вокруг нас. Много ошибок было сделано, Винтер. Но я не хочу, чтобы их стало еще больше. Возвращайся домой. Ты нужен нам.
Я молчал. Что я мог ему сказать? Что мне тоже жаль? Что я руководствовался эмоциями, а не здравым рассудком? Подставил под удар тех, кто пошел за мной. Наделал глупостей. Хотелось бы, но я не мог.
– Винтер? – Отец тревожно вглядывался в мое лицо.
– Я не останусь.
– Но почему? – Он даже поднялся из-за стола – тяжело, с трудом. – Это твой дом. Ты – мой наследник, и рано или поздно тебе придется занять престол.
– Не хочу. Спасибо, мне хватило. Дело даже не в том, что ты отправил меня неведомо куда. В конце концов, это оказалось к лучшему. Только когда мы с Аленой вернулись, чтобы помочь, я вдруг понял, что не хочу становиться королем. Мне нужно другое, чего Ледяные чертоги никогда не смогут дать.
– Винтер…
– Отец, пойми меня правильно. Дело не в тебе. Я тоже виноват перед тобой, я осознаю. Дело во мне. Я стал другим.
– Да, – король улыбнулся тепло и светло, как никогда не улыбался раньше, – ты повзрослел, мой мальчик. Но не торопись давать ответ. Время все расставит по местам. И спасибо, что спас.
– Я сделал это не один.
– Без тебя ничего бы не вышло. Кстати, надеюсь, за обедом ты познакомишь меня со своей супругой?
– Только не говори, что соберешь придворных…
– Нет, – перебил отец, – только свои.
– Хорошо, тогда пойду будить Алену. Времени до обеда не так много. – И поторопился сбежать.
Именно сбежать, потому что слова отца задели больше, чем я бы хотел. Думал, что никогда не смогу его простить, но после битвы вдруг понял, что обиды не осталось. Только глухая боль, которая постепенно уходила. Пусть прошлое станет всего лишь прошлым. А будущее я хочу видеть другим.
Алену будить не пришлось. Она успела проснуться и уже оделась, когда я появился на пороге. Выглядела усталой, но довольной.
– Привет. – Потянулась за поцелуем. – Как дела во дворце? Больше врагов не намечается?
