Я упустил момент, когда все пошло не так. Внезапно стало темно. Я призвал заклинание, чтобы снять ослепление, но лучше бы вокруг оставалась тьма. Был бы шанс и дальше обманывать себя.
Нас окружило огромное войско магов. Не десять и не двадцать. Они были повсюду – зеркальные копии, которые могли сражаться, как настоящие. Впятером нам не справиться, тем более что мама пока не боец, а Алена плохо владеет магией. Нора замерла за спинами своей охраны с гаденькой ухмылкой. Мама ошиблась, зеркальной магией Нора владела в совершенстве. Достать бы!
– Не советую размахивать заклинаниями, – хмыкнула она. – Помни, что зеркальную тюрьму твоего отца могу открыть только я. Снежанна его не дозовется, у повторной печати сила не та.
Пожертвовать отцом? Да, не было никаких гарантий, что он жив и здоров, но я надеялся! А если есть хоть малейшая надежда, сдаваться нельзя.
– Ну что, поиграем, Винтер ди Айсен?
Нора махнула рукой, и на нас посыпался град заклинаний. Я призвал щиты, но что такое семеро, считая трех женщин, против пятидесяти?
– Уведите Алену! – крикнул парням.
Верей попытался, но жена вырвалась и снова замерла за моей спиной. Не уйдет! А я не мог атаковать. Магии хватало только на защиту. То же самое касалось и Верея с Астером, а Леонс сосредоточил щиты на матери и сестре. Что ж, похоже, мы все останемся здесь. Значит, нужно забрать с собой как можно больше врагов. Но я даже не успею понять, кто из них настоящий.
Нас теснили к стене. Я отбивал атаку за атакой, пот заливал глаза, руки заледенели до локтя – дурной знак близящегося магического истощения. Но сдаться? Ни за что. Извернулся и атаковал. Первый ряд противников исчез, пол укрыли ледяные осколки.
Нет, не так! Надо найти другой вариант.
– Алена, можешь позвать из зеркал наши отражения? – спросил без особой надежды.
– Попытаюсь.
Почувствовал, как всколыхнулась магия, и… ничего. Следующий удар зеркальных копий пробил мои щиты. Вскрикнула Алена, но обернуться я не успел. Осколок зеркала застрял в плече, другой ударил в ногу. Призвал лед, чтобы остановить кровь, но помогало мало. Только кровопотери мне не хватало! Еще удар!
– Винтер!
Я все-таки оглянулся. Алена лежала на полу, бледная, неживая. Светлое платье быстро алело, пропитываясь кровью. Нет! Нет! В груди что-то оборвалось. Сознание милосердно уплыло, оставив только чистый гнев, и этот гнев искал виноватых. Задрожали стены и пол, потолок посыпался вниз. Я стиснул кулаки.
– Вин, что ты делаешь? Ты нас всех тут похоронишь! – пыталась докричаться до меня Ассия.
Я слышал ее, но не понимал. Стены тряслись все сильнее, зеркала пошли трещинами. Прости, отец. Это конец.
Потолок рухнул. Взметнулась ледяная крошка, а я даже не пошатнулся. Зато ряды противника редели на глазах. Нет зеркал – нет их сил. Еще немного! Нора вскрикнула и бросилась бежать, только в дверях ее уже ждали.
– Винтер! – Ко мне кинулся Герден.
– Винтер Айсенович, я, конечно, люблю архитектурные новшества, но зачем вашей стране ледяной саркофаг? – услышал знакомый голос и не поверил своим ушам.
За Гердом и его женой спешил Зарицкий. С ним были еще какие-то люди, среди которых узнал только Влада и Рысю. А за их спинами стояла Скайя, сжимая в пальцах что-то светящееся. Лицо моей сестры не обещало врагам ничего хорошего.
Утихомирить магию – все равно как остановить смертоносную волну, и это вымотало меня едва ли не больше, чем бой. А Скайя вдруг заговорила, и ее голос зазвенел под разрушенными сводами:
– Нора, у меня в руках нить твоей судьбы. Одно движение – и я оборву ее, клянусь, пусть это и лишит меня дара.
– Подожди! – сиплым, чужим голосом вмешался я. – Отец… Зеркальная тюрьма.
– У тебя есть шанс выжить. – Скайя посмотрела на Нору.
– Я… я открою тюрьму. Но мне нужны гарантии!
– Мы не убьем тебя. Слово жрицы.
Я плохо понимал, что происходит. И события сохранились в памяти смутными урывками. Вот Нора читает заклинание. Вот рядом с ней стоит мой отец, обводит зал мутным, но не безумным взглядом. Черные волосы стали белее снега, будто он постарел на десять лет. В груди щемит. Горит огнем печать на запястье, но оглянуться страшно. Алена еще жива, но я боюсь увидеть, что все кончено. «Винтер!» – голос отца. «Айсен!» – вопль мачехи, которую я не сразу заметил рядом с дочерью.
Заставил себя развернуться. Алена все так же лежала на полу, над ней склонилась моя мама, к ней присоединился незнакомый маг с Земли.
– Все будет хорошо, – втолковывал он мне. – Ничего серьезного, слышите? Молодой человек!
Я не слышал, точнее, не осознавал. Кто-то взял меня за руку. Шум в ушах становился все сильнее. Заметил испуганный взгляд Алены. Почувствовал что-то соленое на губах. Кровь? Откуда? Кажется, это была последняя связная мысль перед тем, как я рухнул рядом с женой.
Когда я успела отключиться? До последнего держала над нами щиты, а что потом? Голова болела нещадно, любое движение отзывалось тошнотой.
