В жалких остатках аптечки Денис нашёл немного ваты, полпакетика асептического порошка и последний шприц-тюбик с противошоковым составом. Капельницу смастерили из полых игл от неизвестного магического агрегата и трубок, которые принес Касфар. Они очень напоминали нити, оплетавшие пленников, но на прямой вопрос ящер промолчал.
Физраствор удалось сделать буквально из подручных материалов. К счастью, у ящеров нашлась и вода, и соль. А горелку Касфар запалил без всякого топлива, цыкнув на фитиль зубом.
С некоторой дрожью Денис достал из рюкзака, который теперь считал своим, ящик с доставшимися по наследству хирургическими инструментами. С тех пор, как он последний раз держал в руках банальный скальпель, прошел уже не один год. А здесь был такой комплект, какого на курсах в медакадемии видеть не приходилось. Особенно привлекали взгляд дисковые пилы: про работу с костью Денис только читал в методичках.
Обеззаразить инструмент можно было лишь огнём. Касфар сразу понял принцип, фыркнул и, отстранив Дениса от горелки, ускорил процесс. Пламя, послушное его взгляду, взвилось и охватило все инструменты целиком. Тем временем Эхор, разобравшись с устройством кубика-фильтра, собирал в кувшин дистиллят.
Коконы установили изголовьями друг к другу, достаточно близко, но чтобы доступ к обоим телам имелся со всех сторон. Денис, полуприкрыв глаза, бубнил как по методичке: «Ранения желудка и кишечника характерны отверстиями в стенках полых органов. Могут быть подавлены пластические свойства брюшины. Возможны боль в животе, рвота, учащение пульса, напряжение брюшной стенки, болезненность при пальпации…»
– Ты что, молишься? – спросил Касфар. – Я чувствую приступы страха.
– Молись ты, чтобы у Таштан не было ранения мочеточников. Оно в первые сутки никак не проявляется, а я не специалист в ветеринарии, чтобы всё распознать. Если появятся симптомы, нужно будет срочно резать ещё раз.
– Мочеточников?
Касфар задумался, потом сказал:
– Расслабься, не защищай свой разум. Не бойся, я просто вложу в твою бестолковую башку знания о нашей анатомии.
Пока они обменивались любезностями, я шепнул Андрею:
– Я больше опасаюсь, чтобы он в обморок не упал. С его реакцией на кровь!
– Вот встань у него за спиной и подстрахуй! – недружелюбно проворчал командир.
Денис надеялся, что оперировать сможет поочередно. Сначала обработает рану Вадима, набьёт руку. Не придется потом терять на это время, когда возьмётся за женщину. Один из немногих пунктов наставления по хирургии, который он сумел восстановить в памяти, гласил, что операции в брюшной полости должны быть как можно менее длительными.
Касфар снова огорчил, заявив, что лечить надо будет фактически одновременно обоих. Потому что доступ к телу можно получить, только сняв стазис, а объединять коконы – наоборот, только в их нынешнем состоянии. «Размораживать» и затем снова «замораживать» раненых смертельно опасно.
– Пироги в Зазеркалье сначала раздают гостям, а потом уже режут! – расстроенно подытожил Денис.
– Что? – не понял Касфар.
– Ничего. Просто нам нужно сперва объединить две болезни, а потом вылечить каждую из них.
– Да, всё так! – ящер был совершенно серьёзен.
– Ну тогда не отвлекайся, я к своей части работы готов. Рассказывай, как объединять эти твои изоляторы?
– Они пронизывают всё тело своих жертв, стабилизируют каждую систему органов. Нужно поочередно соединить самые важные узлы…
Касфар пододвинул к себе тумбу, на которой заранее установили керамический поднос с фильтрующим камнем.
– Нервные волокна соединим напрямую. Кровеносные пустим через фильтр. Как быть с лимфатическими – пока не представляю, но если придется соединять и их, то каждый вид сосудов должен проходить через свою грань, иначе жидкости будут просто смешиваться.
– Значит, кто-то должен держать камень за углы. Тогда верхнюю и нижнюю грань тоже можно будет задействовать.
Я рискнул высказать своё мнение:
– Держать? А если затянется хотя бы на пару часов? Нереально. Я мог бы быстро собрать стойку из тех вон штырей, а камень закрепить в хирургическом зажиме и стянуть жгутом.
– Зажимов у меня и так мало. А разрезов будет много. Привязать бы что-то к потолку и подвесить…
Эхор подошел к тумбе и взял фильтр в руки. Беззвучно шепча, повернул вокруг оси, потом наклонил, чтобы вверх и вниз были направлены не грани, а вершины углов. Отпустил. Камень остался висеть в воздухе.
– Ах да, любимый фокус белобрысых. Я и забыл. Но эта опора не прочная, если случайно надавить – лопнет. Дай-ка, я кое-что добавлю.
Касфар тоже начал колдовать. Симбионты на коконах зашевелились, щупальца потянулись навстречу друг другу, а затем завились в пирамиду. У самой вершины нити разошлись и аккуратно вросли внутрь фильтра с разных сторон.
Касфар наклонился к фигуре, остался доволен. Постучал по белым нитям когтем – в ответ раздался легкий звон.
– Вот так будет в самый раз.
