— К дочери рабыни? — фыркнул Кеару, надменно выпячивая подбородок.
Рихо с трудом удержался от того, чтобы не закатить глаза. Высокомерие воспитанника временами его порядком бесило, хотя Рихо и понимал, откуда оно берётся. То, что Кеару сам был сыном ташайского вождя, пусть и избранным когда-то жрецами Тшиена на роль смертника, накладывало свой отпечаток.
К тому же Рихо осознавал, что и сам изрядно разбаловал воспитанника. Но не решался лишний раз проявить к нему строгость. Слишком уж живыми были воспоминания о том, как два года назад Кеару едва не погиб от лап ташайского жреца-оборотня. И если бы не спасшее ему жизнь гиллийское снадобье, у Рихо сейчас бы не осталось ни единого близкого человека в Закатных Землях. Да и вообще — на этом свете.
— К уважаемой даме, — с нажимом сказал Рихо, стараясь смотреть на Кеару сурово, а не снисходительно. — Ладно, идём вниз, завтракать. А к госпоже Обье я заеду вечером.
Завтрак угодливые, но не всегда расторопные эдетанские слуги, к счастью, сегодня подали быстро. Сидя в плетёном кресле на просторной террасе, увитой лианами так густо, что она сама казалась частью не слишком ухоженного сада, Рихо пытался уделить внимание одновременно еде и новостям из столицы имперской колонии. И не слишком отвлекаться на воспитанника, едва не подпрыгивавшего на стуле от нетерпения.
— Ну что там, господин Агилар? — наконец, не выдержав, спросил Кеару.
— Тирра смилостивилась-таки над нами, — хмыкнул его опекун, откладывая лист бумаги в сторону и думая, что Кеару то и дело ведёт себя совсем по-детски. Хотя при этом убивает людей с лёгкостью, пугавшей даже Рихо, который и сам никогда не отличался излишним милосердием к врагам Церкви. — Или просто устала от моих жалоб. Во всяком случае, сюда присылают ещё одного офицера. Надеюсь, он толковый парень. И поможет мне разгрести проблемы, а не добавит новых.
…Путь от дома до особняка, который в Суллане занимали немногочисленные Чёрные Гончие, был недолгим. Так что проделывали его Рихо и Кеару верхом на лошадях, а не пешком, скорее чтобы подчеркнуть свой статус, чем из необходимости.
Суллана просыпалась с рассветом, и сейчас на пыльных широких улицах, меж аккуратно оштукатуренных в светлые и яркие — розовый, жёлтый, оранжевый — цвета домов с черепичными крышами, было уже полно народа.
Глядя на шумную толпу, Рихо подумал, что это пёстрое сборище чем-то неуловимо напоминало фиоррскую публику. И так же, как в городе, с которым у Рихо были связаны самые счастливые и горькие воспоминания, становилась всё более плотной и многоликой, стоило приблизиться к местному порту. Только здесь — речному, а не морскому, как в Фиорре.
«Ты, наверное, разозлился бы на меня, Габриэль, узнав, что я постоянно сравниваю эту задницу мира с твоей родиной. Или ты сейчас всё видишь и смеёшься над тем, куда меня занесла наша дурацкая служба?..»
***
В комнате было по-утреннему прохладно. Окна отделанной в белом и нежно-сиреневом тонах просторной спальни Вивьен Обье выходили на запад, и солнце появлялось здесь только во второй половине дня. К тому же кроны деревьев, росших совсем рядом с особняком, давали густую тень.
Глядя на расставленные на белом туалетном столике баночки и коробочки с косметикой и духами, хозяйка спальни на мгновение задумалась о том, что привычная комната теперь кажется ей слишком уж кукольной. Чересчур наивно-девичьей для той, кем Вивьен стала.
— Готово, госпожа, — низкий женский голос прервал её раздумья.
Подняв глаза, Вивьен оглядела себя в большом полукруглом зеркале. И улыбнулась отражению застывшей у неё за спиной служанки. Та сейчас неуверенно оглядывала причёску госпожи.
Волосы Вивьен теперь были высоко убраны и скреплены перламутровыми гребнями. Лишь пара локонов обрамляли смуглое личико с раскосыми тёмно-карими глазами, придававшими ему чуть удивлённое выражение.
— Спасибо, Тийя, — мурлыкнула Вивьен. — По-моему, вышло отлично.
— Я не слишком искусна в этом, госпожа, — склонила голову высокая худая девушка с тонкими чертами немного вытянутого лица и кожей столь тёмной, что на её фоне сама Вивьен могла бы показаться почти белокожей. — Вы же знаете, что я никогда прежде не прислуживала дамам.
— Этому не сложно научиться, — Вивьен пожала плечами так, что шёлк на буфах рукавов её золотисто-бежевого домашнего платья тихо зашуршал. — И мне нравится, когда волосы мне убираешь именно ты.
— Благодарю вас, госпожа. Если бы вы позволили мне сказать…
— Говори, не бойся.
— Вы зря пригласили к себе Рихо Агилара. Он — церковник, а они хуже чумы!.. Не связывайтесь с ними, прошу вас, госпожа! Я смогу вас защитить, будьте уверены! — чёрные глаза Тийи сейчас блестели, словно у хищницы на охоте.
Вивьен вздрогнула. Она знала, что на верность служанки можно положиться. Вот только всё равно Тийя её иногда по-настоящему пугала.
— Агилар — хороший человек, — ответила Вивьен. — Справедливый. Он сумеет во всём разобраться. А я, чёрт возьми, не могу вести дела, когда мои люди пропадают!.. Если так и дальше пойдёт, я останусь совсем без служащих. Потому что уцелевшие попросту разбегутся!
