Сказав это, Дарес следом произнёс короткую рубленую фразу заклинания, глядя в глаза Вивьен. Она ощутила, как её обдало резким, сухим жаром, словно бы от разожжённой печи. А в следующее мгновение поняла, что не может сдвинуться с места и даже разлепить сжатые губы, чтобы вскрикнуть, больше не в состоянии. Дарес подтолкнул её к краю площадки, сказав: «Иди!», и Вивьен сумела сделать несколько мелких неуклюжих шагов, чувствуя, что не управляет собственным телом. Это было действительно жутко. Дарес же равнодушно приказал ей остановиться и вновь вернулся к своему занятию.
Пленница изо всех сил пыталась бороться с чарами, однако через несколько мучительных минут добилась лишь того, что её начало подташнивать от усилий, а шёлковое платье прилипло к мокрой от пота спине. Вивьен судорожно пыталась вспомнить то, что когда-то слышала о магии разума и способах противостоять ей. Но её размышления прервало кое-что пострашнее сковавшего тело оцепенения.
Не сразу поверив своим глазам, Вивьен увидела, как из двери, ведущей в дом, буквально вылетело тело мужчины, с силой рухнувшее в кусты. И следом с содроганием услышала щёлканье арбалетных болтов, один из которых вонзился в грудь обозвавшего Вивьен «куколкой» подручного Дареса. Взглянув на шмякнувшийся на камни труп, она на миг испытала злорадство, но страх последовать за мертвецом мгновенно вытеснил это чувство.
По щекам Вивьен заструились злые слёзы, когда между людьми Дареса и Гончими закипел бой, а в сторону проклятого колдуна, рядом с которым она стояла, рванулось множество прозрачных, словно бы сотканных из воздуха лезвий. Они сорвались с ладоней сопровождавшего церковников молодого мага с волосами, стянутыми в короткую тёмную косичку, и Вивьен уже приготовилась встретить свой последний час. Но тут её и Дареса окружила стена багрово-чёрного дыма, в которой лезвия безнадёжно увязли.
Дареса же эта атака, похоже, всерьёз разъярила. Он оскалился, приобретя удивительное сходство с мерзостной адской тварью, его глаза полыхнули ядовито-зелёным огнём, а с ладоней в Гончих и отчаянного мага полетело бессчётное множество длинных тонких шипов, словно бы содранных с ветвей кошмарного растения. Шипы оказались вовсе не таким пустячным оружием, каким выглядели на первый взгляд, особенно когда вонзались кому-то в лицо… Щит, в отличие от Дареса, его противник выставить так и не успел.
Впрочем, тех Гончих, которые не слишком пострадали от магических колючек, подобное не остановило. Вивьен, когда её щёку обожгло ветром от пролетевшего совсем рядом болта, страстно пожелала просто лишиться чувств, чтобы больше не видеть всего этого ужаса. Но сознание её так и не покинуло. Понимая, что больше всё равно ничего не сможет сделать, Вивьен отчаянно напрягала волю, пытаясь хоть на миг сбросить чары Дареса, опутывавшие её плотным коконом. Когда-то давно она слышала, что в принципе такое возможно, а церковников даже специально обучают подобному. Так что она должна была хотя бы попытаться!.. Пусть даже воздух вокруг трещал и выл от магии, мешая сосредоточиться.
Вскоре Вивьен заметила, что Гончие отступили в дом. Подручные колдуна тоже не решались приблизиться к месту сражения, явно опасаясь угодить под случайное заклятие. Теперь поединок шёл исключительно между Даресом и церковным магом. Шквалы чёрного огня сталкивались с прозрачными, но прочными стенами. Удары воздушных бичей отражали зелёные шипастые стебли, за мгновения сплетавшиеся в прочные стены. Воздушные лезвия вновь летели с одной стороны, в то время как с другой обрушивались то вывороченные из земли камни, то песчаные смерчи.
Оба чародея были сильны. Вот только Вивьен, которую до сих пор уберегала от ранений близость Дареса, видела, что церковный маг держался всё менее уверенно. Его натиск слабел, и молодой мужчина теперь пытался уклоняться от заклятий, а не тратить энергию на защиту. Какое-то время ловкость и быстрая реакция его спасали. Но, в очередной раз выпустив из ладони колючие плети лиан, Дарес внезапно обрушил на противника ещё и порцию камней с противоположной стороны. Церковный маг так и не успел отгородиться от них щитом и, погребённый этим градом, рухнул на землю, чтобы больше не подняться.
Дарес сразу бросился к чудом не стёршимся знакам на камнях и принялся что-то к ним дорисовывать — спокойно, словно бы и не выбрался мгновение назад из гущи боя. Но вдруг дёрнулся в сторону, и Вивьен увидела вонзившийся ему в левую руку нож. Дарес вскочил на ноги и резко обернулся, с руганью выдернув лезвие из раны. А Вивьен недоумённо перевела взгляд с него на появившуюся возле дома будто бы из ниоткуда высокую гибкую женщину в бахмийском наряде.
— Как кстати, — заявил Дарес, похоже, удивлённый появлением незнакомки гораздо меньше Вивьен. — А Братство весьма самоуверенно, если послало за мной всего одну малахольную девицу!
— Оно послало за тобой твою смерть! — ответила ему бахмийка, но в её голосе Вивьен послышалась неуверенность.
