Посреди поля люцерны, принадлежащего мистеру Уайту Уитли, Аапчхи выбивался из сил, пытаясь погрузить в посадочный модуль высокоприоритетный деоксигенатор, чтобы его не повредили потоки насыщенной кислородом воды из оросительной установки. Задача усложнялась тем, что посадочный модуль был защищён полем невидимости. Может быть, кто-то не знает, но погрузить технику на невидимый космический корабль гораздо сложнее, чем погрузить ту же технику в корабль, который отчётливо виден. И словно этого было мало, с каждым хроноблипом почва на поле люцерны становилась всё более влажной, превращаясь в скользкую грязь. Аапчхи, конечно же, поскользнулся и чуть не упал. Его скафандр весь перепачкался чёрной землёй. Аапчхи было трудно удерживать мокрый деоксигенатор.
– Что у тебя происходит? – обеспокоенно спросил Брайан Аапчхи по подпространственной рации.
– Я испытываю бесконечную череду трудностей и препятствий, – ответил Аапчхи, с кряхтением запихивая деоксигенатор в замаскированный посадочный модуль. – Меня обливают смертоносной H2O! И деоксигенатор тоже облит H2O. Ситуация критическая!
– Да, – сказал Брайан. – Похоже, сегодня точно не твой хронохрюк.
– Это худший хронохрюк в моей жизни! – крикнул Аапчхи.
– Судя по показаниям сенсоров, поблизости не наблюдается погодных явлений, которые могли бы привести к выбросу H2O, – сказал Брайан. – Откуда она могла взяться?
– Похоже, здесь установлена какая-то хитрая автоматическая система оборонительного оружия, распыляющего яд, – ответил Аапчхи жалобным голосом. – Очевидно, сенсоры землян вновь засекли моё присутствие, и я не удивлюсь, если к этому снова причастна та настырная мелкая землянка с синими губами!
– Мне очень жаль, что у тебя выдался такой плохой хронохрюк, – вздохнул Брайан. – Но можешь хотя бы примерно сказать, когда ты там закончишь? У меня вот-вот завершится рабочая смена, и мне бы хотелось прилечь. Но сперва, может быть, приготовить парочку бетазоидных гамбургеров. И у нас, кажется, ещё осталось несколько бутылок леольской шипучки. Сколько ты ещё будешь сидеть там внизу?
В ответ Аапчхи крикнул Брайану известное межгалактическое оскорбление, означавшее примерно следующее: «Чтоб тебя засосало в массивную чёрную дыру, а потом эта чёрная дыра будет наращивать свою массу, пока не превратится в квазар!» После чего отключил переговорное устройство и вернулся к своей задаче.
По вселенскому закону подлости, как только Аапчхи запихал деоксигенатор в невидимый посадочный модуль, автоматические защитные распылители H2O сразу же отключились. Да, именно такой хронохрюк выдался у бедняги Аапчхи. А ещё через несколько хроноблипов тёплое солнце начало подсушивать землю. Аапчхи понял, что ему придётся тащить тяжеленный деоксигенатор обратно.
Совершенно измученный, он привалился плечом к агрегату. Вся эта миссия оказалась гораздо сложнее, чем ему представлялось, и он начал думать, что они с Брайаном выбрали не ту планету для своего отпускного курорта. Наверняка где-то найдётся другая планета, где
Впрочем, миссия пока не провалена и хронохрюк ещё можно спасти, сказал себе Аапчхи. По сути, осталось всего ничего: вытащить деоксигенатор на поле, настроить его, активировать и подождать каких-то десять хроноплопов.
– Ты сможешь, Аапчхи! – прорычал он себе под нос. – Я знаю, ты сможешь!
И он действительно смог. С новыми силами Аапчхи практически перекинул деоксигенатор через себя, установил его посреди поля и принялся нажимать кнопки, щёлкать переключателями и крутить круглые ручки. На приборной панели вспыхнули красные, зелёные и синие огоньки. Раздалось жужжание, перешедшее в тихий свист, который быстро сменился ровным и низким гулом.
Всё заработало!
– Ну наконец-то! – воскликнул Аапчхи.
Датчики на приборной панели показывали, что уровень смертоносного кислорода в ближайшей к деоксигенатору зоне уже начал падать. Впервые за весь день Аапчхи улыбнулся. (Как ни странно, но улыбающийся Аапчхи выглядел точно так же, как выглядит среднестатистический землянин, когда хмурит брови.)
Деоксигенатор, включённый на полную мощность, вбирал в себя и устранял огромное количество кислорода. Но, разумеется, кислород не мог просто исчезнуть. Если бы он исчезал в никуда, это противоречило бы законам физики, а законы Аапчхи уважал. Нет, кислород нужно было преобразовать во что-то другое, и в данном случае Аапчхи настроил машину на преобразование кислорода в маленькие кусочки восхитительно сладкого деликатеса под названием «Чанклибанкли».
