Проснулась, как положено, осенила себя святым ключом, и принялась читать весь цикл.[18]
Ровена посматривала на это дело, но присоединяться не спешила. Разминалась с ножами.
Лезвия так и мелькали в ее пальцах, завораживающе поблескивали, исчезали и вновь появлялись…
— Красиво! — Матильда едва дождалась, пока Малена закончит читать последнюю молитву. — Ты погляди, как она! Ловкость рук — потрясающая!
Мария-Элена посмотрела.
— Да, очень красиво.
— Попросим нас научить?
— Мотя… это нереально.
— Почему?
— Потому что без рук останемся. Такому с детства учат…
— Хм-м…. Малена, а где это девочек такому учат?
Мария-Элена задумалась.
— Н-не знаю…
— Как поставлено образование в знатных семьях, я вижу. У вас есть где-нибудь школы наемников?
— Нет…
— Надо бы потом осторожно ее расспросить.
Малена кивнула, соглашаясь.
— Умываться и одеваться?
— Да, давай.
Мария-Элена поглядела на Ровену.
— Ровена, когда закончите разминку, прикажите слугам, пусть принесут горячей воды.
— Хорошо, ваша светлость. Еще пару минут…
Ножи по очереди полетели в гобелен.
— Она наше имущество портит? — возмутилась Матильда.
— Нет! Смотри!
Ножи действительно попадали в гобелен, в нужных местах. Но не втыкались. Ровена бросала их рукоятями вперед.
— Потрясающе! Малечка, ну хоть кидать мы их научимся?
Когда Матильда начинала ныть, противостоять ей было почти невозможно. Малена и не пыталась.
— Ладно. Как время будет.
Слуги себя ждать не заставили. И вода была горячая. Шадоль выслуживается?
Посмотрим…
В этот раз Матильда выбрала для девушек белое нижнее платье, а сверху светло-зеленый шелк. Ровена помогла ей затянуть шнуровку, расправила рукава…
— Волосы, ваша светлость?
— Волосы… сейчас!
Заколку для волос Малена сделала под чутким руководством Матильды.
Берется проволока, гнется определенным образом и обшивается бархатной лентой так, чтобы в центре получилось отверстие. В него просовываешь кончики волос, потом закручиваешь пряди вокруг ленты, и под конец загибаешь концы проволоки. Получается вполне симпатичный узел.
Это годится не для всех типов волос, но такие, как у Матильды и Малены, светлые, легкие, послушные и средней густоты, укладывались идеально.
Твистер, хеагами…
Матильда подсказала Малене, что именно надо заказать у кузнеца, а герцогесса расстаралась. Потом вместе обшили лентой, декорировали жемчугом, и получилось просто великолепно.
Мария-Элена потренировалась, и волосы укладывались в красивую прическу почти мгновенно.
Теперь челка, подстриженная по настоянию Матильды, провести по ней щеткой из кабаньей щетины (раритет, но ведь волосы-то слушаются!), и улыбнуться своему отражению в зеркале. Простая полированная металлическая пластина, Малена там видна очень условно, но все равно — зрелище приятное.
— Шаль накидываем?
Матильда подумала.
— Наверное, да. И утро — прохладно. И напомнить всем о трауре надо… Давай вон ту, серо-белую…
Выбранная шаль больше всего напоминала шарф, но тут главное обозначить статус. Облако кружева окутало плечи, и Малена вышла из комнаты.
Чтобы тут же наткнуться на дядюшку.
Лоран Рисойский стоял прямо напротив двери и разглядывал Малену таким взглядом, что благовоспитанная девушка должна была покраснеть, смутиться и пискнув, нырнуть за дверь.
Девушка, воспитанная пожилой коммунисткой, была не в курсе, что она обязана так поступить.
Матильде повезло, что Мария-Элена на миг замерла, как кролик, девушка отодвинула подругу, перехватывая контроль, и пошла прямо на Лорана. Да так решительно, что мужчина сам смутился на секунду. Дрогнул, метнулся взглядом по сторонам.
— Ага! Дядюшка! Доброе утро, любезнейший Рисойский, вас-то мне и надо, — Матильда смотрела и улыбалась так, что доктор Лектер не побрезговал бы пожать девушке руку. Или взять пару уроков.
Выучка бывалого ловеласа взяла вверх.
Лоран-таки собрался и заулыбался еще соблазнительнее.
— И чем же я могу услужить столь очаровательной девушке?
— Можете, — Матильда нежно улыбалась. — Но дайте сначала слово, что выполните мою маленькую просьбу…
— Для вас — любой каприз!
Ох, зря Лоран это сказал. Матильда засияла еще ярче.
— Отлично. Значит, завтра вы уезжаете.
— Что?!
Лоран такого не ожидал. Вообще…
Матильда развела руками.
— Дядя, а как вы хотите? Вам срочно надо в столицу, проверить наш дом, привести его в порядок, построить прислугу, или нанять новую, договориться с портнихами… мы с Силантой обязаны будем побывать в столице. Кто все это должен организовать? Другого мужчины у нас в семье нет, а для Силанты вы, как отец родной…. Да и мне в отцы годитесь.
Лоран скривился.
— Неужели я вызываю у вас только отцовские чувства?
— Конечно, нет, — проворковала Матильда. — Еще мне очень хочется вас к делу пристроить.
— Вы мне разбиваете сердце своей холодностью…
Что надо было отвечать по правилам высшего света, Матильда не знала. Вообще…
Это дома Мария-Элена ей подсказывала, там-то она никого не боялась, а здесь бедную герцогессу аж переклинивало. И дождаться от нее помощи становилось невозможно.
Ничего, Матильда и сама справится. Подумаешь, престарелый Ромео…
— Неужели? А на вид вы вполне живы…
