А внимательный взгляд Клавдеи тут же пригвоздил невнимательного слушателя: «Небось подле бани налево свернул?»
–А надо было – направо?
–Да какая разница, чего ты человека пытаешь. У тебя что налево, очередной пруд копается, что направо, прости господи»– неодобрительно возмутилась тетя Валя и аж на локоть приподнялась.
«Да так, всякие евоновы дела… супостата мово» – туманно ответила Клавдея, взялась наливать кваса и вскоре замолкла – по естественной причине.»
–А хорош у меня квасок, пробуйте, ребята.
Артем тоже не изъявил желания прояснить ситуацию. В ответ на красноречивые взгляды ответил согласием с тетей Валей: мол, огород у тети Клавдии не отформатированный. А растет у нее свободно конвертируемая не знаю что – плети в километр. Тетя Клава их то в одну сторону кладет, в общем, сегодня – в другую.
–И ты в них со всего разгона…
–Да не особенно.
–А что это было, арбуз?
–Нет, арбуз я знаю. У него листья резные, красивые.
–Значит – тыква. Не волнуйся, ее не особо убьешь…
К тишине, воцарившейся на пляже Артем отнесся положительно, начал по чуть выдыхать. Пробурчал только, что тетя Клавдия живет более насыщенной жизнью. Что у всех, кроме бытовухи, разговор один – о пришлых, в ее же жизни присутствуют – две глубочайшие темы.
Свежий квас, видимо, взбодрил мозг Клавдии и у нее возникли новые вопросы.
–Моего не видал? Он там часом не того, на грудь не принял? А то стоит мне за порог…
«На ногах держится!» – слишком бодро отрапортовал расслабившийся было Артем.
Ответ Клавдее также, как и всем остальным, не показался.
Она подхватилась, натянула халат, оправилась забытым для Эммы жестом – подол вниз, подхватила подстилку, бросив остальное добро и рванула напрямки.
«Темик, что там случилось? – спросила тетя Валя, как только пыхтящая всеми парами Клавдея ушла за границу слышимости – Он что, уже на ногах не держится, когда ж успел, времени-то всего ничего прошло…
–Нет, держался супруг на ногах вполне, но только после того, как на них встал.
–Выражайся яснее.
–Я вначале его вообще не заметил… под столом в траве, там еще у яблони такие длинные тяжелые ветви и заросшие грядки навстречу вкривь и вкось. Только одна его нога в шлепке наружу торчала и… дергалась. Подумал – и ладно. Главное – дома мужик, а как отдыхать – ему видней.
Обратно шел, зазевался чуть и об ту ногу споткнулся. А он словно ждал, аж подскочил и начал все путать. Сперва меня вовсе не узнал – принял за вора, а квас – за самогон. Пока за мной – похитителем личного стратегического запаса по саду гнался, два раза версии погони менял. В последней – стал называть бригадиром и поминать какой-то погреб, в котором очень хотел этого бригадира закопать.
Резвый очень, хоть и пьяный, это да. Конечно, и знание пересеченной растениями местности… когда почти к загородке прижал, я уж подумал: «По взрослому гасить дядю придется, так тут наконец признал, даже футболку пытался на мне поправить. Но стоило дух перевести, принялся мне в глаза заглядывать и нежно просить сделать ему большое одолжение… рожки с головы спилить и никогда их больше не отращивать. Мол, тут живут чувствительные люди, которым такие ненужности очень неприятны до полной жути.
Прикольный мужик. Еле уговорил его пойти еще подумать. Насколько видел – он опять под стол отправился. Место у него там спальное, что ли?
«Это да, – подтвердила тетя Валя – Клавдеи несподручно его под столом тумаками награждать. Ээх, вот живут люди, только мучатся. А засасывает пьяное болото… Ты с этим мужиком поосторожнее.»
–Да ладно, если чего, пару легких успокоительных тычков…
–Слышь, герой, ты давай без воспитательной работы. Ее есть кому проводить.
–Да, пожалуйста, пусть только не лезет.
«Это он во всем виноват, – высказалась Эмма – сама Клавдея женщина нормальная, с загубленной, правда нервной системой.»
«Это как:?» – хихикнул Артем.
А тетя Валя согласилась: «Да, наверно, только когда женились они по большой любви, вы еще даже не родились и помнить не можете – этот жених был у нас на селе самым непьющим, никто не ожидал, что его так сильно к этой заразе потянет… кто скажет – от чего мужики пить начинают.»
* * *
Народ праздновал день рождение Надежды – не смотря на юный возраст всеми уважаемой барышни. В среде соседи-родственники-друзья на подобные мероприятия приглашается половина населения, вторая сама проявляет инициативу. Становится шумно и тихо одновременно. Это «садовники», как обычно, если информацией располагают, поодиночке на станицу не суются, пользуются объездной.
Однако, все равно кто-то угодил в «теплые» объятья. На этот раз пройдоху – так опишешь лишь взглянешь, из-за руля «Фольцвагена» вытащить не успели – женщины отбили. Однако, его еще пару раз останавливали, пока из станицы выбрался. Следующие остановы мужики производили, словно не знали, что «женщины просили этого больше не делать!»…
