— Когда ваша господина Перышкина станет наша господина Котомито Сабуру Донацу, он есть владелец вместе с младший брата Сомико Сабуру Донацу, известный японский фирм «Донацу — дэнки», с цена этой фирма — двадцать сотен миллиарда доллар, а наша японская господина Перышкина Ивана — Котомито Донацу, будет иметь стоимость десять сотен миллиарда доллар. Как говорят, ваша страна — «Деньги пахнуть не хотеть, деньги уметь все!», — переводчик явно гордится своими русскими поговорками, — самурай Котомито Донацу, если будет хотеть, сохранить свое владеть паспорт Перышкина Ивана, а хотеть будеть иметь хоть два паспорт любой страна!
Во время разговора адвокат Никифоров составляет какие-то бумаги (лучше конечно все это проделывать с помощью компьютера), подписывает, ставит печать, подает японцам.
Те проглядывают бумаги, удовлетворенно кивают головами.
— Мы есть не сметь больше расходывать ваше мерянное время, — переводчик протягивает адвокату Никифорову конверт, это иметь ваш гонорар за работка!
Японцы склоняются в традиционном поклоне и выходят.
Никифоров также пытается им ответить поклоном, со всеми любезностями провожает их, после того как закрывается дверь за японцами, вынимает из конверта деньги и, пересчитав их, плюхается в кресло:
— Пять тысяч долларов! Это тебе не «дойная корова», это такой жирный кусок, сколько от него не отхватывай, не убудет!
Хватает мобильный телефон, жмет на кнопки.
— Вот дура, поскакала разводиться со своим нищим чертежником-миллиардером! Да, отвечай, же отвечай, скорее, скорее, курица безмозглая!
— Господи!! Ну почему не мне такая халява!!!
Никифоров вздевает руки к небу, бросает телефон, хватает папку с какими-то бумагами и торопливо выходит в дверь.
Гостиная в доме Перышкиных. На стуле сидит Игорь, настольная лампа валяется на столе среди закуски и каких-то бутылок, кульман отодвинут подальше, чертежи разложены на диване. Спиридон Степанович Хохряков — отец Галины Спиридоновны, он же тесть Ивана Михайловича, явно, навеселе и в хорошем расположении духа, чего не скажешь об Игоре, который поправляя руками прическу, придирчиво рассматривает себя в зеркале, которое подал ему Спиридон Степанович. На лице Игоря красками из косметички нарисован багровый кровоподтек под глазом.
— Нет, чего-то явно не хватает для правдоподобия! — морщится Игорь от недовольства он.
— Ничего, ничего Игорек, суетится вокруг него Спиридон Степанович, мы сейчас кетчупом все подправим. Ты какой кетчуп больше любишь? Вот мне по нраву так «Махеев» — что-то подкрашивает он на лице Игоря.
— Спиридон Степанович, вы что? Нам кетчуп не на приправу к шашлыкам выбирать!
Спиридон Степанович, достает из холодильника кетчуп и наводит последние штрихи на разукрашенной физиономии Игоря (может на рубашку тоже?)
Входит Иван Михайлович, с ведром в котором видны листья и веточки.
— Ну как? — явно любуясь своим творением, вопрошает Спиридон Степанович.
— Хорош, ну хорош! — восхищается архитектор гримерным искусством своего тестя.
Укладывает на коврик веточки, листья, имитируя землю парка или лужайки.
— Давай, Игорек располагайся, — жестом приглашает он жениха своей дочери.
Спиридон Степанович, помогает Игорю, лечь более правдоподобно:
— Не, ты на спину сначала давай, — командует он, суетясь вокруг с фотоаппаратом.
Делает несколько снимков, затем усаживает его и снова щелкает фотоаппаратом.
Все мужчины так увлечены действием, что не замечают, как в комнату входит Ирина.
— Что здесь происходит? Выглядывает она из-за спины деда.
— Вы что сделали? С ума оба сошли что-ли?! — отталкивает отца и деда.
В ужасе хватает опешившего от неожиданности Игоря.
— Мой миленький, что, где, у тебя болит?
— Ничего, ничего, это мы так шутим — оправдывается Игорь перед ней.
— Хороши шуточки! Вон синячина под глазом, какой, да и кровь на лице у тебя!
— Да не вопи ты, Иришка, — смотри вот — Спиридон Степанович пальцем собирает с лица немного кетчупа и отправляет себе в рот.
— Не дури, дед! — кричит Ирина.
— Да, «Махеев» это сила! — причмокивает дед.
— Ты же сама хотела заказать отбивную из Игорька, вот мы и решили, чего деньгам зря пропадать в другом кармане, сами тебе таким вот способом предъявим фотодокументы. И были ваши денежки — а стали, наши! — пытается успокоить внучку дед.
— Ну, вы то, понятно из — за денег старались меня надурить, а ты? — в гневе обращается она к Игорю, — ты как в этой компании заговорщиков, да собутыльников оказался?
— Да ты тоже хороша, — оправдывается Игорь, — заказать меня решила! Да я Светку чисто по дружески, по — соседски, подвез до института, у тебя «ревнушки» уже до потолка!
— Я с твоими соседками, ещё разберусь, а вы, господа предки, как вы могли сподобиться на такой обман, между прочим — статья за мошенничество! — наступает Ирина на мужчин.
— Мы же хотели как лучше, — Спиридон Степанович, потихоньку наводит порядок в комнате.
— Дед, у вас — хотели как лучше, а вышло как всегда — попойка, — Ирина отряхивает мусор с одежды жениха.
Иван Михайлович, с легким стоном охватывает голову руками.
