Купец с остатками экипажа, среди которого были я и Дрейк, вернулся в ближайший порт. Пару дней мы прождали полного расчёта, но так и не получили его. Я нанялся на другое судно, и наши пути с Дрейком разошлись. На какое-то время я потерял его из виду, но судьба снова свела нас, но теперь уже на «Морской королеве».
Мирдан выслушал рассказ Конва и приблизился к смуглому матросу.
Матрос лежал с закрытыми глазами и тяжело дышал.
Мирдан осторожно тронул его за плечо.
– Дрейк, я слушаю вас!
Раненый открыл глаза и попросил:
– Дайте глоток воды. У меня пересохло в глотке, будто в неё всыпали горсть песка. Язык еле ворочается. Мне трудно говорить…
Мирдан под завистливые взгляды раненых плеснул из кувшина в кружку немного воды, приподнял голову Дрейка и осторожно дал ему напиться.
Дрейк облегчённо вздохнул.
Мирдан передал пустую кружку одному из рядом сидящих матросов. Пока раненые утоляли жажду, Дрейк-Мулат поведал следующую историю:
– Я родился далеко от этих мест, в портовом городе Кондомур. Отец мой был корабельных дел мастером, и когда я подрос, он начал обучать меня своему ремеслу. Не скажу, что ремесло корабела мне нравилось, но пойти против воли отца я не смел. Заказов было много, и без работы никто не сидел…
Однажды на верфь пришёл богатый иноземный купец и за хорошую плату попросил построить ему небольшое двухмачтовое парусное судно. По описанию судна мы поняли, что купец хочет иметь ганью, и согласились построить её. Работа оказалась долгая и трудная. Доски корпуса пришлось сшивать шнуром, свитым из кокосового волокна. Когда парусник был готов, купец щедро рассчитался с корабелами и вскоре начал набирать команду на судно. Тайно от отца я нанялся к нему матросом…
В день спуска ганьи на воду купец приехал на верфь, но был он не один. Вместе с ним приехали четыре мужчины в длинных жёлтых одеждах и молодая, красивая белокожая девушка в роскошной одежде из разноцветного шёлка. Маленькие узкие ступни её ног были обуты в сандалии из светлой кожи, а на руке блестел очень тонкой работы серебряный браслет, инкрустированный золотом. Купец, как и мы, был смугл, и я решил, что он привёз на спуск ганьи свою молодую жену. Юная красавица завладела моим сердцем. Я стоял неподалёку от неё и молил небо, чтобы спуск задержался как можно дольше…
Девушка почувствовала горячий, пристальный мой взгляд и робко посмотрела в мою сторону. Наши глаза встретились, и в тот же миг словно искра пробежала между нами. Я понял, что полюбил незнакомку с первого взгляда и не хочу расставаться с ней. Но вот все формальности по подготовке спуска ганьи на воду были соблюдены, и я с ужасом подумал, что вскоре придётся расстаться с девушкой. Но навсегда ли? Этого я не знал.
Дрейк прерывисто вздохнул, но не прервал рассказ.
– Купец протянул девушке медный кубок. Она взяла его дрожащей рукой и посмотрела в мою сторону. О, что это был за взгляд! В нём были одновременно страсть и любовь, ужас и безысходность. От этого взгляда сердце моё готово было разорваться на части. Я ринулся к незнакомке, но отец и корабелы схватили меня за руки и закрыли собой. Лёгкое замешательство в наших рядах не укрылось от купца. Он нахмурился и с гневом посмотрел на белокожую красавицу. Девушка бросила на него презрительный взгляд и с ненавистью посмотрела на людей в жёлтых одеждах. Гордо вскинула голову и залпом выпила содержимое кубка. Вдруг кубок выпал из её обессилевших рук, и она опустилась на землю.
Люди в жёлтых одеждах, к ужасу собравшихся на верфи, подхватили девушку и уложили под киль ганьи. Как потом оказалось, красавица была рабыней. Купец купил её на невольничьем рынке и привёз с собой именно для этой цели.
– Какая бессмысленная жестокость! – содрогнулся Мирдан.
– Да! Я тогда почувствовал себя скверно, но разорвать договор с купцом было уже невозможно. Лишь позже я узнал, что это был древний, жестокий обычай жертвоприношения богам страны купца. Согласно их поверью, кровь красавицы, обагрившая корпус корабля, оберегала судно от гибели в море. Не стану рассказывать, как, прячась от отца, убитый горем, я взошёл на ставшую ненавистной мне ганью. Это не имеет отношения к тому, о чём я хочу предупредить вас…
Дрейк перевёл дыхание и продолжил:
– Утром следующего дня ганья ушла в море. Хоть я и был корабелом, но в дальнем плавании оказался новичок, и мне предстояло многому научиться у более опытных членов экипажа. Вахты требовали от нас полной отдачи, и мысли о погибшей под килем девушке незаметно отошли на второй план.
Купец вёл успешную торговлю и, в отличие от многих торговцев, не скупился на вознаграждение команде. С каждым рейсом он богател. Мы исправно несли службу. Нам не на что было роптать.
