…Заглядевшись на эти странности, гости пропустили момент начала веселой встречи. Сначала дюжина девчонок — от младшего до старшего подросткового возраста, и чуть отставшие от них маленькие дети, едва научившиеся бегать. Затем, с некой показной неторопливостью, подошли четверо молодых мужчин. Кстати, все встречающие явно принадлежали к кушитской расе — смуглые довольно рослые, со смешанными чертами средиземноморских европеоидов и африканских банту. В общем — симпатичные, хотя, наверное, большинство людей на планете выглядят симпатичными, когда радуются.
Мужчины-кушиты, оставив разбор подарков женщинам и детям, немедленно занялись гостями. В здешних представлениях, гость, привезенный кем-то из своих — заведомо и однозначно считался другом. Значит, надо пригласить в дом, предложить помыться и переодеться, затем усадить за стол в холле дома, предложить питье и еду, параллельно расспросив на всякие темы. Поскольку это — незнакомые друзья, надо выяснить (очень аккуратно) кто они, откуда родом, чем промышляют. Эрик и Ханка восприняли такой ритуал встречи вполне адекватно, и с юмором (хотя, из тактичности, не показали, что данный слегка первобытный стиль не соответствует XXI веку). Кстати, сам дом (как и другие дома в этом маленьком поселке) тоже совершенно не соответствовал XXI веку. Казалось, он переброшен сюда через столетие, и через полпланеты — из американской аграрной провинции. Типичный полутораэтажный каркасный фермерский дом 1930-х. Простое вместительное жилье без нефункциональных излишеств, для большой семьи. Домашнее оборудование — примитивное (что было хорошо заметно по кухне, которая совмещалась с большой гостиной). Ну, разве что, вместо 400-строчного телевизора — большого ящика с маленьким черно-белым экраном, тут был достаточно современный компьютер с плоским двухфутовым монитором — но в данный момент компьютер был выключен (чтобы не мешать живому общению за столом).
Примерно через час явились Трикс, Бйорн и Йолл, чтобы утащить гостей на купание в искусственном U-образном озере. Компанию гостям и аргонавтам составили три юные туземки-кушитки с четырьмя малышами (только-только научившимися бегать и очень довольными этим умением). Как оказалось, туземки решили воспользоваться случаем поучить малышей плавать, и поплавать самим — с друзьями, которые хорошо плавают. Туземки выросли в пустыне, и лишь последнюю пару лет стали жить на берегу такого водного бассейна (огромного по сахарским меркам). А сейчас было чуть-чуть забавно наблюдать, как они, зайдя по плечи в воду, с опаской отталкиваются ногами от дна, и начинают плыть — будто сомневались, удержит ли вода их тело? Дети вели себя в воде уверенно, поскольку росли на тропическом берегу. Даже слишком уверенно, поэтому присмотр за ними требовался — со стороны тех, кто хорошо плавает. Так что гостям и аргонавтом нашлось практическое дело. Плавать вот так, под дождем, в прохладной и чистой воде озера посреди Сахары — сюрреалистическое развлечение…
…После купания, все выбрались на берег — там, где вырос высокий тростник, какой-то трансгенный вид, и его листья давали тень от солнца, прошедшего зенит, и сейчас уже светившего сбоку от облака. Туземки устроили для малышей игру с большим и ярким мячиком, а аргонавты вместе с гостями уселись в самой тенистой части тростниковых зарослей, и открыли канистру легкого вина из местных фруктов. Эрик решил, что пора расспросить про здешние техногенные чудеса погоды, и получил ответ-лекцию.
Итак: Комплекс сооружений, выглядевший похожим на заправочную станцию, на деле был батареей кристадин-фюзоров, которая питала энергией:
1. Аэростаты — криоконденсаторы. Воздух пустыни содержит около 5 граммов воды на кубометр. При типичной здесь температуре 40 Цельсия воздух кажется сухим, но при охлаждении до нуля, практически вся влага выпадает из него как моросящий дождь.
2. Опреснитель морской воды, подаваемой с побережья — по бетонным трубам бывшей Рукотворной реки Каддафи (которая ранее качала воду из озера — пресноводного моря Феззан, скрытого под песками Сахары — к городам побережья).
Наиболее сложной частью этого проекта было управление воздушными потоками над оазисом — комбинацией горячего воздуха из трубы от охлаждения фюзора и холодного облака, создаваемого аэростатами — криоконденсаторами. Схема циркуляции воздуха в высотном эшелоне до километра над оазисом являлась своего рода машиной погоды, и подлежала тиражированию: созданию цепи таких оазисов до подземного моря Феззан.
В ближайшем будущем море Феззан должно было стать настоящим — как U-образное рукотворное озеро оазиса Зебуб, но огромным: как Великие озера Северной Америки.
Следующий вопрос аргонавтам задала Ханка: ее интересовало не устройство машины погоды, а устройство микросоциума здешнего маленького поселка. Последовала новая лекция, довольно забавная (для тех, кто понимает готический юмор).
Итак: Здешний микросоциум включал одиннадцать аргонавтов, из них сейчас:
Трое работали в разных точках Верхней Ливии, Южной Греции и Кипра.
