— Не совсем, — сказала Ханка, — упругость кожи добавляет чуть-чуть давления, хотя, это детали. В 25 километрах над Землей вода кипит при 20 Цельсия. Ты уже знаешь, как я выгляжу, охлаждаясь до такой температуры.
— Не очень хорошо, — ответил он.
— …Не так плохо! — возразила она, — Но на Марсе даже на дне глубоких долин-каньонов давление лишь 10 миллиметров ртутного столба, а вода закипает ниже 9 Цельсия. Это соответствует земной высоте 29 километров. Вот там очень плохо. Хотя, как говорили ученые из исследовательской команды, если генетически запрограммировать кровь со свойствами антифриза, то проблема решится.
Трикс снова кивнула, и пояснила:
— Примерно такая серия экспериментов проводилась на мышах: модификация, которая добавляет в кровь глицерин или фруктозу. Этот механизм есть в природе у некоторых бабочек, пчел, и лягушек. Но мышам потребовались добавочная генная модификация: активные мембраны печени, чтобы не отравились специализированные клетки. И еще: форсаж сердца для перекачки такой крови, вязкой как сироп. В общем, как обычно, на практике получилась матрешка из вложенных проблем. И все-таки, ученые обещают в новой серии действующий прототип мыши-марсонавта. Такая мышь сможет обойтись вообще без кислорода, используя анаэробную утилизацию фруктозы.
— Слушайте! — вмешался журналист, — А может, проще терраформировать Марс?
— Проще не пижонить, — строго сказала Трикс, — это касается и Эвереста, и Марса. Надо работать в дыхательной маске, полностью охватывающей лицо, как при дайвинге, и не стремиться перекроить человека — в полноценного марсианина. Такую рекомендацию я заявила на семинаре в Фамагусте, когда был сбор мнений.
Эрик Лафит похлопал в ладоши, и повторил вопрос в немного иной формулировке:
— Слушай, Трикс, по-твоему, что, терраформирование Марса вообще невозможно?
— Это возможно, — ответила она, — но чтобы поднять на Марсе давление хотя бы до 20 миллиметров ртутного столба, надо увеличить там атмосферу в четверо: добавить 75 триллионов тонн газа. Это примерно как масса всей воды Каспийского моря.
— Тогда непохоже, что это возможно, — констатировал он.
— Тем не менее, Эрик, это возможно, как минимум двумя способами. Но оба требуют некоторого развития ядерно-энергетических технологий, уже понятно какого. А пока марсианская миссия предполагается как… Ознакомительная, что ли.
— Даже если ознакомительная миссия, все равно это классно! — высказалась Ханка. Ее отношение к астронавтике, как заметил Эрик, было неизменно романтичным.
Силуэт оазиса появился сначала на горизонте, как мираж. Зеленое пятно среди скучно равномерного чуть холмистого серо-желтого полотна пустыни. Вообще-то еще раньше появилось странное пестрое облако на фоне выцветшего бело-голубого неба, но в тот момент Эрик и Ханка не обратили внимания. Облако и облако. В том регионе, где они выросли, нет ничего особенного в наличии облака. Другое дело в пустыне, где небо по обыкновению безоблачное, а низкая облачность — признак аномалии в природе. Но для гостей, не привыкших к здешним ландшафтам, аномалия стала очевидна, только когда зеленое пятно впереди превратилось в лес. Настоящий лес в Сахаре. Такого не было на протяжении четырех тысяч лет. Разумеется, лес был выращен искусственно, а вода для растительности добывалась.
.. Как — это особый вопрос. А пока…
…Микроавтобус въехал по дороге-просеке в бамбуковый лес. Точнее, смешанный лес (поскольку среди бамбука встречались группы еще не подросших деревьев, похожих некоторые — на эвкалипты, а некоторые — на баобабы). Если еще точнее, то все в этом смешанном лесу было трансгенным, бамбук — тоже (для гостей это пояснила Трикс). А дальше, микроавтобус достиг центра оазиса — берегов U-образного озера. Да, это было настоящее озеро размером около двух километров. И над ним шел дождь…
…Это было настолько невероятно, что когда микроавтобус остановился на площадке-парковке рядом с группой домов маленького поселка, гости, выйдя на грунт, застыли, изумленно глядя в небо. Им удалось различить в глубине дождевого облака большие неуклюжие силуэты трех аэростатов. От комплекса сооружений, расположенного на окраине поселка, и немного похожего на заправочную станцию, к аэростатам тянулись шланги. Вероятно, это имело прямое отношение к дождевому облаку, которое, будто инопланетный квазиживой артефакт, клубилось вокруг аэростатов. Чуть в стороне от комплекса торчала довольно высокая труба, из которой шел то ли дым, то ли пар. Над трубой и по сторонам от трубы дрожал воздух — видимо, труба была очень горячей…
