“Теперь всё изменится, — думала Гермиона. — Я буду сама заниматься библиотекой, всё расставлю по жанрам, взрослым и детям понравится. В старом доме будет домашняя обстановка, что многие посетители будут рады читать именно там”, — она улыбнулась своим мыслям, покидая работу.
Из школы забрать документы было просто: дети не проходили ничего нового — повторяли пройденный ранее материал. Классная руководительница Хьюго была искренне расстроена, когда узнала, что мальчик уезжает из Сиэтла, но в то же время рада за него, видя какой он счастливый. Подруги Розы просили писать им письма и рассказывать как живётся на Аляске. Детям было грустно прощаться с друзьями, когда они вернулись домой, были немного подавлены. К вечеру настроение поднялось, теперь они находились в предвкушении переезда.
В понедельник Гермионе позвонили из авиакомпании и сказали, что мистер О’Нилл оплатил ей билет до Фэрбенкса, она улетает утром. Грейнджер заказала ещё два билета для детей, теперь обратного пути не было.
— Ты уверен, что не хочешь, чтобы я слетал за библиотекаршей сегодня вечером? — спросил Джон Хендерсон, садясь напротив Малфоя.
Волосы у него были вымыты, приглажены и, похоже, он надел новую рубашку: что-то такой Драко на нём раньше не видел.
— Сколько можно? Я же сказал — нет, — сквозь зубы произнёс блондин, закатив глаза.
Мужчины в Уайт-Маунтине вели себя так, словно их собиралась навестить королевская особа, ни больше ни меньше. Дюк явился утром к Бену чисто выбритый, опрятный и благоухающий лосьоном после бритья. Драко сидел и пил кофе за стойкой, увидев своего пилота, он ухмыльнулся. Следующая женщина должна была прилететь недели через две, может даже больше. Малфой гадал, насколько у лётчиков хватит запалу.
— Ты позволишь Джону встречать библиотекаршу только через мой труп, — прорычал Дюк. — Мы все помним, что случилось в прошлый раз, когда он вёз женщину в Уайт-Маунтин.
— Сколько раз повторять? Это не моя вина, — оправдывался Хендерсон.
— Прекратите, — повысил голос Драко. — Я сам её встречу, сколько раз я могу об этом говорить.
— Всё мы поняли, — примирительно произнёс Джон.
Малфой с презрением отвернулся от летчиков, и его взгляд случайно упал на доску, на которой Бен обычно писал дневное меню.
— Говядина по-веллингтонски? — прочитал он.
— А чем тебе не нравится говядина по-веллингтонски? — вызывающе спросил Бен. — Я просто хочу показать ей, что мы цивилизованные люди.
Драко покачал головой и сделал ещё глоток кофе, он всё равно считал, что из этой затеи ничего не выйдет. Он готов был поставить свой последний доллар на то, что ни одна из приглашённых женщин не продержится тут зиму. К нему вернулось неприятное предчувствие, которое возникло у него в тот момент, когда они только заговорили о женщинах.
— А эти журналисты из Сиэтла больше тебе не звонили? — поинтересовался Гамильтон.
— Звонили, но я не стал отвечать на их вопросы, — нахмурился Малфой.
Это была ещё одна проблема. Нет ничего удивительного, что журналисты обо всём пронюхали и теперь хотели сделать из этого сенсацию. Ещё бы: одинокие мужчины на Аляске так изголодались по женскому обществу, что готовы дать работу, жильё и землю, только бы к ним приехали прекрасные дамы. Драко точно не помнил текст статьи, но смысловой посыл её был именно такой. Ему хотелось придушить Кристиана своими собственными руками за то, что он назвал его имя. Ему и Сойеру хорошо, они улетели: один в Мексику, другой в Калифорнию соответственно, а он тут должен отдуваться за них. Если бы не дела фирмы, Драко вообще бы не подходил к телефону.
Сейчас, когда должна была приехать первая женщина, Малфой глубоко пожалел, что не настоял на том, чтобы Сойер поговорил со своим старшим братом. Кристиан просто позвонил Чарльзу и сказал, что они хотят отдать женщинам землю, для их семьи двадцать акров — это совсем немного, больше ни в какие подробности он не вдавался. С этой работой в музее Чарльз совсем перестал появляться дома. Драко не сомневался, когда он всё же приедет, решит, что они тут все с ума посходили, и будет прав.
— По крайней мере домик готов, — с удовлетворением заметил Дюк.
После того, как они отдраили стены и полы, Малфой с некоторыми пилотами открыли большой дом и достали старую мебель. Драко, правда, сомневался, что будет уютно спать на матрасах, которые провалялись в кладовке много лет. Но Перл с другими женщинами, включая жён работников нефтепровода, всё проветрили. Они заверили его, что, после небольшой починки, беспокоиться будет не о чем. Всё ведь было тщательно обёрнуто пластиком.
Увидев домик после того, как там навели порядок женщины, Драко был вынужден признать, что он стал выглядеть почти привлекательно. Чёрная старая плита блестит, идеально вычищенная. На единственное окно женщины повесили занавески в цветочек и такой же скатертью покрыли грубый деревянный стол. Полки уставили продуктами, кто-то даже не пожалел свой холодильник. Узкая кровать, застеленная сияющими белизной простынями и тонким одеялом, чем-то напомнила Малфою тюремную койку в Азкабане, он, разумеется, никому об этом не сказал.
