Грейнджер проглотила саркастический ответ и отвернулась от него. Она хотела рассказать Кристиану о детях, но он был слишком занят предстоящим обедом, чтобы выслушать её. Она ничего не собиралась скрывать ни от него, ни от Блэка. И, Боже праведный, откуда ей знать, какой багаж выдержит тот или иной самолёт?
— Ну ладно, — нетерпеливо проворчал Малфой. — Как-нибудь соображу, что делать. Пойдёмте.
Гермиона не прочь была чем-нибудь перекусить, но мистер Блэк явно торопился. К счастью, Хьюго и Роза, в отличие от матери, проглотили всё, что авиакомпания без зазрения совести называла едой.
Они загрузили чемоданы в пикап, обогнули аэропорт и подъехали к диспетчерской.
Грейнджер старалась казаться спокойной, но она сильно переживала, не зная, что будет с её вещами. Украдкой поглядывая на Блэка, она поняла, что он ей нравится уже гораздо меньше.
— Это всё барахло мамы и Розы, — заговорщически прошептал Хьюго, когда Драко помогал ему выбраться из кабины. — Это они непременно хотели взять всё.
— Похоже на женщин, — пробормотал Малфой и повёл их к самолёту.
Гермиона не могла сказать, на что она рассчитывала, представляя самолёт, но точно не на это. Она заглянула внутрь и поняла, что мистер Блэк был прав: в кабине ей одной едва хватило бы места, не говоря уже о детях и багаже.
— Тут всего три места, — взволнованно глядя на мужчину, проговорила Грейнджер. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: трёх мест не хватит на четырёх человек.
— Вы сидите рядом со мной, — распорядился Драко, забираясь в самолёт, — а детей я пристегну на одном сиденье.
— А это разрешается? — удивлённо-испуганным голосом спросила она.
— Возможно, нет… южнее сорок восьмой параллели, — ответил Малфой, — но тут мы так летаем. Не беспокойтесь, с ними всё будет в порядке, — он залез в кабину, извлёк чёрную папку с кипой бумаг и запихнул их между двумя сиденьями. — Залезайте и усаживайтесь, — скомандовал он, — а я займусь детьми.
Гермиона неуклюже вскарабкалась внутрь и осторожно пробралась вперёд. К тому моменту, когда она наконец пристегнулась, силы почти оставили её.
Драко устроил Хьюго и Розу на свободном месте позади матери. Грейнджер обернулась, одного взгляда на детей было достаточно, чтобы понять, что им не слишком удобно, но другого выхода всё равно не было.
— А багаж? — спросила Гермиона, когда Малфой уселся рядом с ней: он надел наушники, потянулся к папке и что-то записал. — А наш багаж? — повторила она.
— Чемоданы не влезут, мы их оставим тут, — холодно ответил Драко.
— Что?! — воскликнула Грейнджер. — Это невозможно!
Малфой не обратил на её слова никакого внимания, он даже не посмотрел на неё и продолжал готовить самолёт к вылету.
— А сколько нам лететь? — поинтересовался Хьюго.
— Около часа, — ответил Драко.
— А можно мне порулить? — спросил мальчик.
— Не сейчас, — рассеянно ответил блондин.
— А потом я смогу? — всё не унимался Хьюго.
— Посмотрим, — пожал плечами Малфой, он не ожидал такого напора от парнишки.
— Мистер Блэк, — заговорила Гермиона, набрав побольше воздуха в лёгкие, — пожалуйста, давайте обсудим ситуацию с багажом?
— Нет, — отрезал Драко, вся эта ситуация его дико злила. — У меня контракт на доставку почты — это куда важнее. Я не собираюсь разгружать самолёт ради кучи глупых женских тряпок, которые, кстати, вам не понадобятся.
Грейнджер стиснула зубы и одарила его ледяным взглядом.
— Я не привезла глупых женских тряпок… — начала она, но остановилась, когда, как ей показалось, мужчина посмотрел на неё, но на самом деле он обернулся к детям.
— Вы любите собак? — спросил Малфой.
— Да, — ответил Хьюго, его глаза засияли, у него даже дух захватило.
Драко включил какие-то приборы.
— Когда прилетим в Уайт-Маунтин, я познакомлю тебя с Иглом.
— Это эскимосская лайка, — догадался мальчик.
— Точно, — губы мужчины напомнили подобие улыбки.
— Правда? — Хьюго так разволновался, что чуть не выпрыгнул из кресла.
— Что будет с нашим багажом? — в который раз спросила Гермиона, ей не хотелось быть навязчивой, но и допустить, чтобы с ней обращались подобным образом, она не могла. Может быть, кому-то это показалось бы неважным, но она предпочла бы прилететь в Уайт-Маунтин, имея хоть что-то, помимо той одежды, что была на ней.
Малфой даже не потрудился ответить. Вместо этого он включил двигатели, дружелюбно беседуя с диспетчером: в общем, создавалось впечатление, что он со всеми, кроме неё, разговаривает спокойно и вежливо. Прежде, чем Грейнджер успела запротестовать, самолёт стал выруливать к взлетной полосе.
И вот они уже в воздухе. Из-за грохота двигателей Гермиона не слышала ничего, кроме биения собственного сердца. Она никогда не летала на таком маленьком самолёте, поэтому закрыла глаза и вцепилась в подлокотники, пока их бросало из стороны в сторону на пути к ясному синему небу.
— Ура! — закричал Хьюго. — Как здорово!
