Вейя проснулась от того, что ей было тяжело, и почти не удивилась, увидев белую лисью морду с большими мягкими ушами, прижавшуюся к ее груди. Ночью Йормэ вел себя как добропорядочный лис. Рук не распускал, глупостей не говорил. Только стащил с кровати Мажены матрас и подтащил его поближе к постели Вейи.
– Чтобы держаться за руки, – с обезоруживающей улыбкой пояснил Йормэ, поймав ее удивленный взгляд.
И засыпая, они правда держались за руки. Вейя свесила ладонь, прижав ее к груди Йормэ и вливая в него остатки своего огня, а он накрыл ее руку своей и замер. Улыбаясь с закрытыми глазами.
Вейя недолго любовалась им. Умиротворенный и довольный лис представлял собой завораживающую и прекрасную картину.
Так они и уснули…
– Ты… – Вейя потянула его за ухо. Она могла себе представить, что произошло: лисий сын, дождавшись, пока она уснет, перекинулся и забрался в постель. Для большого лиса места было мало, он как-то умудрился устроиться и даже проспать так всю ночь. Безмятежно и крепко.
Знал, что в таком виде она не сбросит его с кровати и даже не сильно будет ругаться.
Лис замурчал. Глухой, рокочущий звук рождался где-то в его груди и прокатывался по горлу. Впервые, когда Вейя это услышала, она испугалась, решив, что Йормэ плохо. Слишком уж его мурчание было похоже на хриплое, протяжное дыхание. Или даже слабое рычание.
– Дурацкие оборотни, – проворчала Вейя, уже почесывая лиса за ухом. Влажный нос ткнулся ей в щеку. Хвост застучал по покрывалу и ногам.
Она должна была злиться на Йормэ, пробравшегося в ее постель, но вместо этого хотела только обнять пушистого, прекрасного лиса и зарыться носом в густой мех, всегда пахнущий морозным воздухом.
Не сдержавшись, именно это она и сделала. Чем привела Йормэ в восторг. Его радостные, довольные повизгивания прервал стук в дверь.
Вейя замерла. Она знала, что сильно проспала. Вероятно, уже пришло время завтрака, и заботливая Вила пришла узнать, стоит ли накрывать стол и на них.
Йормэ скатился с нее, перекинувшись в падении, и потянулся к пижаме, валявшейся на полу – там, где ночью из нее выбрался снежный лис. С одеждой он возился, не отрывая настороженного взгляда от двери. Вейя отвернулась, давая ему время спокойно одеться, хотя она была единственной, кого смущала нагота Йормэ.
Стук повторился.
Йормэ крадучись двинулся к двери. Замер, медленно взявшись за дверную ручку, и рывком распахнул дверь.
Нэйни, стоявшая на пороге, вздрогнула и спрятала руки за спиной. А когда увидела перед собой не одну из стражниц, а взъерошенного и мрачного лиса, совсем растерялась и несколько секунд просто стояла, глядя на него.
Неизвестно, сколько бы они так играли в гляделки, если бы Вейя не выбралась из-под одеяла и не подошла к двери. Она попыталась сдвинуть Йормэ в сторону, но он не поддался, только слегка повернулся, чтобы Вейя смогла увидеть, кто к ней пришел.
Нэйни была совершенно бледной. И Вейя сразу же предположила самое худшее…
– Еще одно нападение?
Звон стекла или шум потасовки она не слышала, но не исключала, что из-за переутомления спала слишком крепко.
– Н…нет, – Нэйни медленно отмерла. Поглядывая на Йормэ с обидой, будто он ее предал, она медленно проговорила: – Вы не ушли утром, поэтому я хотела узнать, останетесь ли вы на обед.
Вейя дрогнула, обернувшись на задернутые шторы, сквозь которые пробивался неожиданно ясный, солнечный свет. Кажется, сегодня на улице была хорошая погода, и, кажется, Вейя недооценила свою усталость.
Завтрак они уже давно и благополучно проспали.
– Не останемся, – резко ответил Йормэ и захлопнул перед Нэйни дверь.
– Зачем…
– Когда я был лисом, слышал, как быстро билось ее сердце. – Он хмуро смотрел на дверь, склонив голову к плечу. – Она боялась. Зачем бы ей бояться, если она пришла всего лишь узнать, будем ли мы обедать? А главное, зачем она взяла с собой нож?
Нэйни неосознанно, рефлекторно спрятала руки за спиной, когда Йормэ открыл дверь, но была недостаточно проворной.
– Думаешь, она пришла меня убить? – с сомнением спросила Вейя. Такое казалось просто невозможным. Нэйни недолюбливала ее и Мажену, это нетрудно было заметить. Но на убийцу она совсем не была похожа. Уж точно не на такого, который орудует кухонным ножом.
Вейя не так давно стала стражницей, но успела повидать разных убийц и подозревала, что Нэйни, если бы уж решила от кого-то избавиться, то использовала яд. Таким она казалась человеком.
Йормэ взъерошил волосы на макушке.
Некоторое время они думали каждый о своем, но каким-то невероятным образом пришли к одному и тому же выводу: странное поведение Нэйни могло быть вызвано ревностью, а могло…
Йормэ вновь распахнул дверь и выглянул в коридор. Нэйни ушла недалеко. Она медленно брела вдоль дверей, держа в опущенной руке большой нож.
Проскользнув под рукой у лиса, Вейя первой выбежала из комнаты и рванула к девушке. Та услышала шум, начала оборачиваться… и не успела ничего понять, когда кисть ее больно сжали, заставляя уронить нож, и безжалостно швырнули на стену. На мгновение в глазах Нэйни потемнело. Сильным ударом из легких выбило воздух.
